Изгой [неокончено]

Рисковать кем-то из своих не хотелось. Электроразряд такой силы мог убить любого. Ну, кроме меня, конечно. Я бросил взгляд на Мику.

— Сможешь взломать?

Она подошла ближе, сощурилась и покачала головой:

— Нет, слишком высокий уровень сложности. А у нас нет гентоника.

— Чего нет?

— Не важно. Это невозможно вскрыть. Невозможно! Всё!

Да. Микаэла не Мизэки, та быстро бы справилась с этой х… Но что делать? Что?!

— К-к-командир, д-д-а-авайте я сделаю, — я едва понял, кто это говорит.

Звук походил на шелест ветра, пробежавших в кронах елей, растущих на кладбище.

Димка. Раненный, бледный. Губы совсем обметало белым. И так осунулся за это короткое время, что казалось краше в гроб кладут. Сидел у стены, тяжело дышал, прижимая руку к ране.

— Нет, это исключено.

— Я сделаю, — сказал уже твёрже, сжал губы, а глаза, такие светло-голубые, большие и наивные, как у ребёнка, сузились. — Т-т-олько, поддержите м-м-меня. П-п-пожалуйста.

— Слушай, Димон, если ошибёшься, тебя шандар-рахнет током, мама не гор-рюй. Понял? Это смертельно!

— Я с-с-д-елаю! — вскрикнул в отчаянье, будто от этого зависела судьба человечества.

— Пусть сделает, — подошла ко мне Мика. — У него уровень выше, чем у меня.

— Уровень чего?

— Уровень для взлома.

Парень смотрела на меня так просяще, так жалобно, что я не выдержал.

— Ладно. Давай.

Поднял пацана и поднёс к панели. Если уж шандарахнет током, то по крайней мере нас обоих. Может быть заряд придётся по мне.

Пару секунд показались вечностью. Нет, не так, время раздробилось на миллион песчинок, и каждая падала как раскалённая капля свинца. Кап-кап-кап. Обжигая страхом.

— Всё готово, командир!

Щелчок. Дверь медленно отъехала в сторону. Этому пареньку понадобилось пару секунд собрать этот проклятый пазл. Да уж, я точно не принадлежу к этой самой «аристократии разума».

— Димка, ты… Ты гений, ё-мое.

Мы ворвались внутрь и я замер, потрясённый, нет я просто обалдел. На стеллажах были выложены автоматы, дробовики, коробки с патронами. На полу стояли в два ряда несколько станковых крупнокалиберных пулемётов Корд, а рядом — плоские деревянные ящики. Я разбил один прикладом и увидел аккуратно уложенные ленты с патронами.

— Да мы с этой х… весь мир завоюем, — воскликнул у меня над ухом Кондрат Кудрявский, будто, чтобы никто не ассоциировал его внешность с фамилией, с гладко бритым черепом мужик. Заржал, как жеребец, подпрыгивая и хлопая себя по коленям.

Может быть, и на весь мир не стоит замахиваться, но тут действительно лежало сокровище. Но сейчас меня волновало другое. В дальнем углу, под узкой щелью в стене, я обнаружил высокий шкаф, выкрашенный серой красной. Распахнул дверцы. Вот то, что мне нужно. Наборы аптечек, мед. пистолетом, и коробки с коллагеновыми пластырями.

Я вернулся к Димке, который всё также сидел у стены, тяжело дышал, запрокинув голову. Глаза болезненно прикрыты, а кожа будто истончилась, стала полупрозрачной. Он вздрогнул и застонал, когда я дотронулся до него. Глаза приоткрылись, он слабо, кончиками губ, улыбнулся: