Изгой [неокончено]

— Ладно, Громов, не тушуйся, — Фадей похлопал меня по плечу. — Не красней, как девица. Мы рады, что ты вернулся.

— Я тоже рад, что вы все целы, хлопцы. Что делать будем?

— В каком смысле? — поинтересовался Ренат. — Если они сунутся, мы их… — он приподнял висевший у него на плече автомат.

— Это все х… Не спр-равимся мы с ними. Ракеты закончатся, а они пр-ришлют ещё и ещё вертолётов. Или ударные флаера. Расчихвостят нас тут в два счета. Вот, что, — я набрал побольше воздуха в лёгкие, с трудом решаясь на то, что скажу сейчас. — Добраться мне нужно до взлётно-посадочной площадки.

— Зачем? — заинтересовался Прохор.

— С крыши я видел там ударный флаер. Тёмно-зелёный, с разводами. Раструбы турбин у него как раз под плазменные ракетные движки.

— Да-а-а? А летать-то ты умеешь? — протянул недоверчиво Ренат.

— Ты чего, бр-рателло? — я чуть не задохнулся от негодования. — Ты знаешь, кто я? Я — полковник воздушно-космических сил России Олег Громов! Гр-ромов! Лётчик экстра-класса.

— Ну то, что ты Громов я вижу. Но… — он замялся.

— Я настоящий Громов, если ты об этом.

— Настоящего секта убила, — бросил Прохор.

— Во-первых, не секта. Секта тут никаким боком. Втор-рое. Они меня похитили, пытали, а потом я сбежал. Понятно? И дали мне кое-что, — я превратил левую руку в своё самое любимое оружие — самурайскую катану. — В общем так. Я хочу решить эту проблему раз и навсегда. Мне надо добраться до этого флаера. Как это сделать? Есть предложения?

— Да есть одна вещь, — бросил Прохор, попинал открытый ящик с оставшимися ракетами носком поношенного берца.

— Ну? Не томи, старик.

— В общем, тут такое дело. Были у нас тут парни, которые хотели побег устроить. Подкоп соорудили, через прачечную. Но…

— Что но? Подкоп есть? Куда ведёт? Да говор-ри ты, ё-мое! У нас вр-ремени в обрез!

— Их поймали. И в расход. Дыру в стене заделали, а подкоп что. Он остался. И ведёт он туда, — Прохор махнул рукой в направлении площадки для летательного транспорта.

— Почему именно туда? Среди них был пилот? — сердце у меня подпрыгнуло и на миг остановилось, чтобы загрохотать вновь, как курьерский поезд по стыкам рельс.

— Да, был, — подал голос Ренат. — Он и хотел сбежать на одном из грузовых флаеров. Но… Не успел.

— А как звали пилота?

— Ян его звали. Ян Беккер.

Я сглотнул комок в горле, отвернулся, чтобы никто не заметил, как глаза защипало от слёз. Если это реально был Ян, значит, он спасся из того, смертельного торнадо. Но всё-таки погиб, так и не дождавшись меня. Ну, почему такая несправедливость, Ян?!

— А точно его казнили?

— Не знаю. Тела мы не видели. Но он сам пропал. Не вернулся в камеру, — закончил Прохор.

— Ладно. Будем действовать по обстоятельствам. Прохор, сможешь показать путь к подкопу?

— Покажу, чего ж не показать.

— Мы это… С тобой пойдём, Громов, — Фадей подступил ко мне, лицо посуровело, напрягся.