Отражения (СИ)
- Автор: naarzi
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Отражения (СИ)». Краткое содержание книги:
Сюэ Ян без особого интереса рассматривает рисунок — следует отметить плавность линий! — и хмыкает, вынося вердикт:
— Ты ревнуешь.
— Что? — опешивает Синчэнь, застывая. — Я тебя в первый раз вижу, откуда взяться ревности?
Сюэ Ян издает короткий смешок, упираясь позади себя ладонями в сиденье. Он прищуривается, словно над чем-то раздумывая, а затем ехидно интересуется:
— Я разве говорил что-то о себе? Я имел в виду, что тебе просто завидно, ведь детишки меня любят больше.
— Какие глупости! — вспыхивает Синчэнь, пораженный до глубины души. Он ни капли не завидует, он негодует, что подрывается учебный процесс! — То, что ты им рассказал пару низкосортных шуток…
— Неужели ни одна сопливая малолетка, глубоко впечатленная твоей смазливой физиономией, не присылала тебе влажных записочек на праздник Циси? — перебивает его Сюэ Ян. И тут же радушно предлагает: — Давай я их попрошу — кучу настрочат! Или я сам тебе что-нибудь наваяю. В стихах.
— Обойдусь, — почти шипит Синчэнь, чувствуя себя окаченным грязью. Кровь приливает к щекам, а на ум не приходит ни единого достойного ответа.
Ну почему он постоянно позволяет так с собой разговаривать кому попало? Вот Цзычень — лучший друг, сожитель и коллега по совместительству — точно бы знал, что сказать… Да он бы просто вытолкал этого Сюэ Яна отсюда после первой же сальной остроты! Может, предложить ему поменяться до конца занятий? Синчэнь не уверен, что сможет достойно провести урок инженерной графики у старших классов, зато ему не придется терпеть эти унижения.
«Даже не думай меня в это втягивать, — слышен в голове голос Цзыченя. — Будь мужчиной и разберись с этим самостоятельно. Зачем мне твой припадочный?»
Определенно, незачем. И Синчэню, кстати, тоже! От мысленного разговора с другом отвлекает явственный запах чего-то сладкого — кажется, карамели с шоколадом. Пока он тут предавался думам, Сюэ Ян успел встать с табурета и оказался непозволительно близко. И по этому поводу в разум врывается только совершенно неуместная мысль: от взрослых так обычно не пахнет. А если поднять руку, то можно беспрепятственно провести пальцами по переносице самого невыносимого человека в жизни Синчэня за последние несколько лет.
— Пожалуйста, сядь на место и веди себя тихо до конца урока, — отступая назад, говорит он, уверяя себя, что это не похоже на мольбы. И для весомости заканчивает: — Иначе мы будем вынуждены прекратить наше сотрудничество.
Сюэ Ян презрительно фыркает, но нехотя кивает. Видимо, он в натурщики — не самую прибыльную профессию — не от хорошей жизни подался, и это не оставляет ему выбора. Но удержаться от капризного нытья у него не выходит:
— Так и быть, господин учитель, я буду хорошим мальчиком, только не ставь меня в угол.
Нужно заменить измятый от волнения лист ученицы на новый и вплотную заняться всеми остальными.
Несмотря на то, что Сюэ Ян действительно молчит и больше не пытается взбаламутить также — о чудо! — притихший класс, лучше не становится. В основном потому, что теперь он все свое внимание решил направить на Сяо Синчэня, и тот вынужден чувствовать преследующий каждое его движение пристальный взгляд. Поначалу это раздражало и отвлекало, затем начало смущать и выводить из себя, но воспитание не позволяет сделать замечание — укорять человека за то, что он всего лишь смотрит?
Сяо Синчэнь, завершив круг почета вокруг учеников, чтобы убедиться, что каждый из них в конце урока сдаст не пустой лист и не подобие любовного послания, со вздохом садится за свой стол и прикрывает глаза, чтобы через мгновение их открыть и немигающе уставиться в ответ на свою личную головную боль. Он тоже умеет играть в эту игру, пускай и чуть похуже из-за плохого зрения.
Сюэ Ян слегка удивлен этим столь решительным шагом, но явно оценивает, беззвучно усмехаясь. И слегка кивает: мол, давай, любуйся на здоровье. А вскоре его брови ползут вверх — он точно не ожидал, что Синчэнь раскроет лежащий рядом скетчбук и примется быстро водить карандашом по странице, практически не нарушая зрительного контакта.
Это хороший способ занять чем-то свои отчего-то дрожащие руки и при этом отличный повод постоянно смотреть на Сюэ Яна. Синчэнь частенько присоединяется к своим подопечным, составляя компанию, но никогда не демонстрирует результат, чтобы это не казалось хвастовством на их фоне. Сегодняшний рисунок он точно никому не покажет, даже не факт, что сам решится заглянуть на эту страницу в будущем — слишком странные эмоции он сейчас испытывает.
Вслед за резким штрихом по бумаге тянется графитная пыль, и Сяо Синчэнь сдувает грязь, чтобы ненароком ничего не размазать. Даже в схематичном наброске с несколькими четко прочерченными линиями можно безошибочно узнать лицо сидящего в нескольких шагах от него человека. Все еще кажется, что работа с объемом в его отношении была бы гораздо интереснее, однако при взгляде именно на недорисованную версию в голове художника будто кто-то громко щелкает пальцами, погружая в случайные воспоминания месячной давности.
…пролитый на себя во время обеда кофе, уехавший из-под носа автобус и совершенно жуткая поездка в метро, о которой даже думать не хочется, — что будет на десерт? Сяо Синчэню очень хочется верить, что день все же закончится хорошо, несмотря на валящиеся неудачи. Но, разумеется, надежды не оправдываются: в подъезде поджидает темнота, которую не слишком разгоняет аварийное освещение, в компании сломанного лифта.
Впрочем, не только его, ведь перед закрытыми створками стоит какой-то парень, настойчиво тыкающий пальцем в кнопку вызова, будто всерьез полагает, что это сработает. Слышно, как он сквозь зубы ругается, но отступать не собирается. Какой настойчивый.
Со спины на рабочего совсем не похож — значит, жилец или чей-то гость. В многоэтажках-муравейниках не всегда известно, кто живет с тобой в одном доме: хорошо, если получится что-то сказать о соседях по этажу. Синчэнь может разве что похвастаться тем, что кивает вроде-как знакомым лицам при встрече во дворе, хотя снимает квартиру напополам с другом уже почти полгода.
Он любопытства ради делает шаг вперед и поворачивает голову. В полутьме четко выделяется профиль незнакомца, и отчего-то его созерцание заставляет биться сердце чуть быстрее. Несвоевременное открытие, если честно, хотя бы потому, что абсолютно неясно, что с ним делать.
— Мне кажется, лучше пойти пешком, — доброжелательно говорит Сяо Синчэнь. Глупо рассчитывать на то, что в ближайшее время лифт починят. Ко всему прочему, похоже, что проблемы не с самим подъемником, а с электричеством, и поэтому сложно даже предположить сроки. Мысли о том, что в квартире сейчас тоже все не работает, не доставляют никакой радости.
— А мне кажется, кое-кому не надо лезть с дебильными советами к незнакомым людям, — довольно грубо отзывается потенциальный сосед. Он оборачивается, и едва ли теперь можно что-то различить с такого ракурса, но внимательно изучающий взгляд поблескивающих глаз практически осязаем.
— Простите, я подумал… — порядком озадаченный такой реакцией, начинает Синчэнь и рефлекторно отступает. С агрессивными людьми лучше не связываться — не то чтобы он не сможет дать отпор в случае чего, многие удивятся его способностями к самообороне, но он предпочитает избегать подобных ситуаций в принципе.
— Думай о своих делах, а не о чужих, — все так же беспардонно велит ему собеседник. И, будто ставя точку в этом разговоре, в сердцах пинает двери лифта, отчего те еще несколько секунд металлически гудят.
Синчэнь пожимает плечами, глядя вслед уходящему прочь из подъезда парню, и со вздохом идет к лестницам. До скорой встречи, четырнадцатый этаж…
Сяо Синчэнь готов начать поторапливать собирающихся учеников, которые вместо того, чтобы дружно испариться из кабинета по звонку, отчего-то медлительней обычного. Не очень достойное заботливого преподавателя рвение, но ничего поделать он с собой не может, уже ерзая на месте от нетерпения. Он даже скрепя сердце откладывает запланированный разговор с А-Цин, будто специально замешкавшейся на пороге. Пускай идет.