Разведка и другие тайные службы древнего Рима и его противников

Вот некоторые выдержки из его речи «В защиту Секста Росция из Америи[153]», произнесённой им в 80 г. до н. э. Уже в начале своей речи, объясняя то, почему он взялся защищать дело Секста Росция, Цицерон не без основания и вполне аргументированно связал это дело, хотя и касавшееся лишь имущества потерпевшего, с положением дел в государстве, намекнув, что более известные люди не пожелали выступить на этом процессе в защиту обвиняемого сами лишь потому, что их выступления могли бы показаться выпадом не против Хрисогона, затеявшего процесс против Секста Росция, а против диктатора Суллы, власть которого они не собирались оспаривать. «Какая же причина, — говорил Цицерон, — побудила меня более чем кого-либо другого взять на себя защиту Секста Росция? Дело в том, что если бы кто-нибудь из присутствующих здесь людей, влиятельных и занимающих высокое положение, высказался и произнёс хотя бы одно слово о положении государства (а это в настоящем деле неизбежно), то было бы сочтено, что он высказал даже гораздо больше, чем действительно сказал. Если же я выскажу без стеснения всё, что следует сказать, то всё же речь моя никак не сможет выйти отсюда и широко распространиться среди черни» [Cicero «Sextus Roscius», I, 2–3].

Дело действительно было непростым, и в нём столкнулись интересы могущественнейших кланов. Осенью 81 г. до н. э. при запутанных обстоятельствах средь бела дня на улицах Рима был убит богач Секст Росций, чьи основные имения находились в Америи. Это был не просто богач и не просто римский гражданин. Секст Росций был в дружбе со многими видными семьями Рима и даже с тогдашним римским диктатором Луцием Корнелием Суллой. Но всесильный диктатор был к тому времени тяжело болен (через два года, в 79 г. до н. э., он, в связи с болезнью, сложит с себя диктаторские полномочия, а ещё через год умрёт), и многими делами заправляли люди из его окружения, не все из которых были чисты на руку. Пользуясь этим, алчные родственники Секста Росция, жившие в Америи, Тит Росций Капитон и Тит Росций Магн, вступили в сговор с могущественным любимцем Суллы, вольноотпущенником Хрисогоном, и тот задним числом внёс имя Секста Росция в проскрипционные списки. В эти списки вносились имена тех, кто в предыдущей гражданской войне поддерживал противников Суллы и не смог затем оправдаться. Проскрибируемые подлежали казни или изгнанию, а их имущество поступало в немедленную продажу.