Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Известно, например, что первые случаи глумления над убитыми появились в период Русско‐японской войны, когда стали функционировать так называемые военно-полевые суды. Новые карательные органы военного времени, надо сказать, явились суровым явлением в армии. Так, в 1905–1907 годах по приговорам этих самых судов было казнено никак не меньше десяти тысяч солдат и офицеров!
Копнём глубже: что из себя представляли военно-полевые суды? Роль судей, то бишь вершителей солдатских судеб, играли армейские офицеры (иногда – сами отцы-командиры), не имеющие зачастую ни малейшего понятия об Уголовном уложении. А потому и постановления военных судов в полевых условиях зачастую зависели лишь от воли командира. Захотел – отпустил, не угодил – извини, брат, «к стенке». Причём за одно и то же преступление в одном месте отделывались лёгким испугом, в другом – расплачивались жизнью.
Порой дело не ограничивалось и расстрелом. Именно тогда при исполнении приговоров в русской армии получил распространение некий ритуал: приговорённого военно-полевым судом к смертной казни расстреливали, а потом по наспех прикопанной могиле строем проходили сослуживцы казнённого. Иногда под звуки бравурного марша, а порой – и вовсе под «камаринскую». Всё это сильно действовало на психику солдат, были отмечены случаи помешательства.[406]
Бесспорно одно: духовное опустошение и безнаказанность неизбежно вели к деградации – моральной и физической. Вседозволенность, получившая развитие в осквернении могил, очень скоро приведёт к осквернению и разрушению храмов…
Ещё недавно на Кубани и в Крыму задорно пели:
С некоторых пор звуки гармоник в стане белых слышались всё реже. Грустно и тягостно было на душе завтрашних эмигрантов. А потому петь не хотелось. Каждый чувствовал, что скоро на черноморском побережье Крыма запоют совсем другое «Яблочко». Так и случилось:
Белая армия откатывалась к крайнему югу. На горизонте плескалось бескрайнее Чёрное море…
Ещё вопрос, который напрашивается сам по себе: почему всё-таки уже мёртвое тело Азина четвертовали?
Действия палачей можно объяснить двояко. Во-первых, это могло быть проявлением бессильной ненависти к красному начдиву, который при жизни был известен своей жестокостью, особенно по отношению к белым офицерам и белоказакам. И безнаказанное глумление над трупом поверженного врага – полное тому подтверждение.
Но было и второе – возможно, основное. По замыслу генерала Сидорина, Азин должен был в глазах красных оставаться как можно дольше живым. И продолжать (уже будучи мёртвым!) агитировать красноармейцев против собственного командования. Сам Сидорин в подобную чушь (в успешный результат) вряд ли верил, но даже месячная передышка давала деникинцам возможность переждать весеннюю распутицу, передохнуть, собраться с силами и перегруппироваться. Уже это было немало. И листовки, сбрасываемые с аэропланов, могли существенно помочь.
На судьбу пленного начдива белым было наплевать. Жив он или мёртв – не имело никакого значения. Но его именем можно было грамотно манипулировать. Поэтому даже после своей смерти начдив обязан был, по мнению деникинцев, выполнять ту функцию, которую они для него придумали. Войдя в Тихорецкую, красные не должны были быстро обнаружить труп казнённого.
Именно поэтому было приказано тело изрубить. Несколько месяцев в могильнике на солнцепёке – и от Азина ничего бы не осталось, только изрубленные кости. Может быть, ещё – воспоминания, причём не самые лестные. Белые сделали всё, чтобы от легендарного начдива не осталось ничего. А уж это они умели…
Судя по всему, азинцы организовали поиск пропавшего начдива уже где-то через две недели после его казни. Картина, представшая перед глазами Василия Храмова и его товарищей, потрясла своим изуверством. Но хлюпать носами не было времени. Главное для Храмова было отыскать голову, на худой конец – правую руку, которая, как все знали, была увечной. Разведчики нашли всё – правда, отрубленными от тела. Да, это был именно Азин, и местному пожилому казаку красные заплатили сполна – золотом! (Не удивлюсь, что этот же казак‐могильщик закапывал по приказу белых тело казнённого, потребовав и от тех опять же золотой червонец – за работу и… молчание.)
406
По воспоминаниям фронтовиков, нечто подобное встречалось и в Красной Армии в годы Великой Отечественной войны, когда по могилам расстрелянных дезертиров маршем проходил полк.