Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]

Мегрэ самому все это уже приходило в голову.

— Я подозреваю, что она за это дорого расплачивается, — продолжала Вероника. — Не хотите ли выпить стаканчик?

— Благодарю. Вы не встречали никого из членов вашей семьи в последнее время?

— Никого.

— Вы ни разу туда не возвращались?

— Я скорее сделала бы крюк, чтобы не проходить мимо дома, с которым у меня связаны слишком тяжелые воспоминания. Однако мой отец, вероятно, неплохой человек. Он не виноват в том, что родился Ляшомом и что его сделали таким, каким он стал.

— А Леонар?

— Леонар гораздо более Ляшом, чем отец. Именно Леонар хотел во что бы то ни стало выдать меня замуж за богатого промышленника, отвратительного типа, и он говорил со мной по поводу этого брака тоном короля, объясняющего принцу-наследнику, что его основной долг — обеспечить продолжение династии.

— Вы знали вашу первую невестку?

— Нет. Когда я жила дома, мой брат, несмотря на все свои усилия, еще не нашел выгодной партии. Я была первой, от которой потребовали самопожертвования. Что же касается Армана, то в это время он как раз болел. Он никогда не обладал крепким здоровьем. Совсем молодым он был уже плохой копией Леонара. Он старался подражать всем его жестам, походке, голосу. Я высмеивала его. По существу, он просто жалкий человек.

— Вы не имеете никакого представления о том, что могло произойти прошлой ночью?

— Никакого. Не забудьте, что я знаю меньше, чем вы. Это действительно не был грабитель?

— Я все больше в этом сомневаюсь.

— Вы хотите сказать, что преступление могло быть совершено кем-нибудь из домашних?

Она задумалась, и вывод, который она сделала, был крайне неожиданным:

— Занятно!

— Почему?

— Не знаю. Надо обладать определенным мужеством, чтобы убить человека, и я просто не представляю себе, кто в этой семье…

— Где вы были прошлой ночью?

Она не обиделась на этот вопрос.

— Меня удивляет только, почему вы не задали мне этот вопрос раньше. Я находилась за стойкой бара «Амазонка». Полагаю, вы в курсе? Именно поэтому вы были так поражены, увидев меня в домашнем туалете, который модный журнал назвал бы воздушным. «Амазонка» — это работа. Смокинг черного бархата и монокль. Дома я снова становлюсь сама собой. Вам понятно?

— Да.

— Когда я нахожусь дома, я веду себя так, как будто мне нужно отомстить за то, что на работе я обязана изображать деловую, энергичную женщину.

— А ваши братья или невестка никогда не заходили в «Амазонку»?