Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года

В специальной ноте Москва заявила, что ввод немецких войск в Болгарию ведет к расширению сферы войны и к втягиванию в нее Болгарии и СССР не может больше оказывать поддержку болгарскому правительству[934]. Но это уже была простая формальность и фактическое признание собственного бессилия.

Итак, Советский Союз после нескольких месяцев политических и дипломатических усилий, после маневров в Берлине, попыток активного давления на Болгарию проиграл Гитлеру в борьбе за Болгарию (вслед за Румынией). Балканская драма 1940–1941 гг. была близка к своей окончательной развязке. Последней страницей в ней стала история с Югославией.

До середины 1940 г. Югославия не занимала существенного места в советской внешней политике. Это была единственная балканская страна, с которой у Советского Союза не было даже обычных дипломатических отношений. Но продвижение Германии на Балканах, ее постепенное проникновение в Румынию, Венгрию и Болгарию, итальянские планы и действия против Греции, обострение внимания к проблемам Проливов — все это повысило значение югославского фактора. Советское правительство, терявшее на Балканах одну позицию за другой, усилило свой интерес к этой стране в западной части Балкан. Для СССР это была бы компенсация за потерю позиций в Румынии и Венгрии. Югославия могла сыграть значительную самостоятельную роль в вопросе о Проливах, вокруг нее концентрировались интересы Италии. Прежде всего, как уже отмечалось, Москва провела успешные торговые переговоры с Югославией, подписав договор о торговле и мореплавании, который открыл путь к установлению нормальных дипломатических отношений между двумя странами.

Югославия, как и некоторые другие балканские страны, стремилась удержать свою нейтралистскую позицию, чтобы не оказаться втянутой в конфликты, а тем более в военные операции на Балканах. Действуя в этом направлении, югославские лидеры одновременно предпринимали меры по укреплению своей армии, и в этом контексте они сделали весьма неординарное движение, обратившись к Советскому Союзу с предложением о продаже Югославии оружия. В Москве к этому отнеслись с большим интересом, и начались соответствующие переговоры между военными делегациями обеих стран.

Общая ситуация вокруг Югославии накалялась. Германия, уже фактически прибравшая к рукам Румынию, Венгрию, в итоге и Болгарию, недвусмысленно показала свое намерение присоединить к тройственному пакту и Югославию. Особенность ситуации состояла в том, что Англия, фактически теряющая свои позиции на Балканах, развернула активную деятельность вокруг Югославии, которая играла существенную стратегическую роль в защите Греции от итальянских, а затем и германских притязаний. Английская дипломатия пыталась создать на Балканах хоть какой-то противовес германской экспансии: Криппс в Москве и британские послы в Белграде и Анкаре стремились спасти то, что еще можно было спасти, и всячески побуждали Москву, если не возглавить, то активно включиться в формирование некоего объединения (включая и Югославию) для противодействия Германии[935].