Битва за Лукоморье. Книга II [сборник litres]

Повелитель Громовых Палат продолжал молчать, даже отвернулся, задумчиво поглаживая древко чародейского посоха, прилаженного к трону по правую руку. Символ его величия и достоинства. Тяжелый, темный, искусно окованный, с большим красным брильянтом в навершии. Пользовался им колдун сравнительно редко, считая не слишком практичным. В повседневных делах Огнегору хватало волшбы и так, а посох, как ни крути – своего рода костыль. В сложных передрягах помогает, но каждый день его с собой таскать… зачем?

Здесь же, в Советном зале, посох напоминал слугам главное – кто здесь хозяин.

В углу зашевелился и едва слышно что-то шепнул себе под нос Хардан, наверняка ругнулся. Как и все худы, триюда терпением не отличался, но, как и положено военачальнику, знал, что такое повиновение и порядок. Вот и позволял себе лишь едва слышно бурчать. Огнегор, лениво повернув голову, упер в него тяжелый взгляд. Ох, как триюда сегодня вырядился, видать, решил, что шабаш – дело важное, раз и его позвали. Обычно-то Огнегор с худами разговаривал отдельно, а тут соизволил пригласить на общий сбор. Наверняка Хардан думал, что ему оказали великую честь, а на самом деле Огнегор его сюда вытащил, чтобы не тратить лишнее время на еще одну встречу.

Экий красавец! Умасленные, прилипшие к рогатому черепу темные волосы зачесаны назад, влажно блестят и струятся по спине, доходя до поясницы. Крючковатый нос украшен массивным золотым кольцом, продетым сквозь центральную перегородку, меж ноздрями. В длинных ушах сверкают несколько золотых сережек, на запястьях жилистых рук красуются массивные наручи-браслеты, а похожие на них браслеты-поножи украшают лодыжки мохнатых ног с копытами.

Только зря вырядился, встреча-то – будничная.

– Шабаш сегодня будет недолгим, – наконец произнес Огнегор, решив, что пора. – Докладывайте коротко и по делу. Начнем по очереди, слева направо.

Они вставали из-за стола, подходили к возвышению с троном, кланялись и отчитывались. Один за другим. Кто-то прятал глаза и бормотал, кто-то смотрел с обожанием и говорил заискивающе. Огнегор слушал, кивал, величаво шевелил рукой, разрешая высказавшимся покинуть зал. Настроение потихоньку улучшалось.

Все знали, что делать, каждый играл свою роль, ровно так, как приказали. Каждый из них видел лишь часть общей картины, а Огнегор – всё целиком. Повелителю не было нужды проводить этот шабаш, но порядок есть порядок. Пока ничего из сказанного не стало неожиданностью, пока все шло как надо. Войско пополнялось нечистью, темницы – пленниками, хранилища – запасами, земля русская – соглядатаями… Хорошие вести радовали и позволяли разуму отдохнуть.

Вполуха слушая очередное донесение, Огнегор решил устроиться поудобнее – подсунул под себя правую ногу и потер внезапно кольнувшее болью колено. Проклятье, даже омолаживающее зелье не всегда справляется со старыми ранами. Немудрено, их за долгую жизнь накопилось немало, все и не упомнишь.