Тайны гор, которых не было на карте [calibre 4.19.0]

Так скоро они пробежали они две горы, что Манька их не заметила.

Первую гору прошли по пещере, к вечеру того же дня оказавшись на другой ее стороне, любуясь иногда красотами, которых было предостаточно. Пещера была почти прямой, как туннель, с колоннами, искрилась самоцветами в отражении света глаз Дьявола, камней на посохе и огня неугасимого дерева. Факел несли с Борзеевичем по очереди, освещая огромные своды и ответвления, и только в конце пещера вильнула, сузившись на выходе, и внезапно оказалась затопленная водой, которая собиралась из трех боковых проходов. И стоило нырнуть, как их подхватило и понесло течением, выбросив через сотню метров с водопадом, который, на их счастье, был не такой высокий, как вся стена водопада, скатывающегося в озеро и реку с горы. И сразу, как только выбрались на берег озера, оказались среди мшистых сырых валунов. На следующий день пересекли ущелье, поросшее густым лесом межгорье, а к концу следующего дня оказались у подножия последней двенадцатой горы.

Поднимались в гору почти бегом, прыгая по скалам как горные козлы. С их стороны она была не такой высокой, как предыдущая, которую покорять, слава богу, не пришлось. Но когда поднялись, и с ее вершины предстало взору огромное пространство, залитое светом, сразу стало понятно, почему с этой стороны в горы никто не рисковал подниматься.

Высоты было не меньше семи – восьми километров…

Да еще отвесно вниз, с наклоном вперед, как высокая волна…

Вверху вечным покровом лежал снег и лед, внизу расстилалось золотое и огненное море с пестрыми золотыми полями, с блюдцами синих, как небо, озер, вьющимися речками и речушками, покрытыми солнечными бликами.

Центральные дороги здесь были ухоженные, покрытые асфальтом и щебнем. В полях работали не только лошади, но сельскохозяйственная техника, по дорогам мчались железные кони, в небе летали железные птицы и ковры-самолеты. В южной части, за рекой, которая отделила горы от заселенной земли, на многие километры тянулись вдоль дорог деревушки и города, с куполами, красивыми дворцами и высотными домами, которые с горы казались игрушечными. Селений здесь было намного больше, и чем дальше от центра того или иного города, тем беднее они выглядели, открываясь иногда взгляду, как убогий Манькин домишко. Такие деревушки с сараюшками обступали города со всех сторон и были не цивилизованнее Манькиной деревни. Но в этой части государства богатых усадеб, как у кузнеца господина Упыреева было бессчетное множество.

Но и здесь были места, мало обжитые человеком, поросшие дремучими непроходимыми лесами, в основном примыкающие к горам к реке, которая вилась вдоль непреступных гор широкой лентой, подпитываясь тающими снегами. Горы занимали четвертую часть государства, но вряд ли кто-то об этом жалел: они защищали цивилизованную часть государства от северных и восточных ветров, и климат здесь был очень мягкий и благодатный, согретый теплым течением западных и южных морей. Там, где жила она, зимы длились дольше и были намного суровее. Нецивилизованная часть государства использовалась как сырьевая житница, из нее вывозили и выкачивали ресурсы: строевой лес, желтое, черное и голубое золото, серебро, металлы и многие другие сокровища, подаренные природой. Иногда казалось, что нецивилизованная часть государства не государство, а колония, никто о ней особо не вспоминал. Все умные люди давно перебрались поближе к цивилизации, где по приказу Всех Величеств без исключения, ресурсами располагали только сами Величества и приближенные к трону лица. Здесь же раскинулись необозримые поля, сады и многие фабрики, которые дымили трубами.