Знание — сила. Фантастика (2011-2015) [компиляция]
- Автор: Рожнов Андрей, Фурман Алексей
- Язык: русский
- Год: «Редакция журнала «Знание-сила»
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Знание — сила. Фантастика (2011-2015) [компиляция]». Краткое содержание книги:
— Сегодня я отбываю, — произнесла она, грациозно усаживаясь на кухонный табурет, — ты не о чем не хочешь спросить?
Казалось, что давно не стриженые волосы на моем затылке ощутили ее дыхание и волнение. Черт возьми! Я хотел знать, кто она, куда отбывает, почему отбывает, как ей удается, в конце концов, сидеть на табурете, если она бестелесна! И сотни других вопросов. Но сейчас они все перемешались в бедной моей голове. Видя мое замешательство, Татьяна взяла инициативу в свои руки.
— Боже! Как же ты похож на Сашеньку! — вдруг сдавленно воскликнула она.
Я понятия не имел, какого Сашеньку она имеет в виду, но любое сравнение подобного рода неприятно, и детская ревность шевельнулась в моей груди. Я готов был ответить встречной дерзостью, но Татьяна не дала мне этой возможности. Она сбивчиво и торопливо начала рассказывать, как молоденькой девушкой познакомилась с только что произведенным в должность губернатора орловского и курского наместничеств Александром Андреевичем Беклешовым. Он — сорокапятилетний генерал-майор, и она — двадцатигодовалая провинциалка, дочь обнищавшего орловского помещика, во владении которого оставалось не более сорока крепостных. Отцовскую фамилию Татьяна не назвала, а я, дурак, постеснялся спросить. Короче, возникла ослепительная, как вспышка, и столь же короткая любовь, завершившаяся рождением в 1794 году мальчика Саши — Александра Александровича.
Беклешов был женат. Точка. Он, как умел, позаботился о незаконнорожденном сыне, а, главное, в зародыше подавил общественный скандал, да и самую мысль о нем. Оказалось, что и два века назад орловские обыватели были столь же послушными марионетками, как и сейчас.
— Что же было потом? — нетерпеливо спросил я.
— Потом?.. В девяносто шестом я умерла. Сашу только что перевели в Каменец-Подольск.
— После этого ты и стала привидением? — уточнил я.
Татьяна сдержанно рассмеялась, и звонкие колокольчики наполнили кухню.
— Я не привидение, мой мальчик. Я — обыкновенная туристка, говоря теперешним языком. Туристка, купившая билет в прошлое. Ты, наверное, считаешь себя жителем Земли?
— Не марсианином, конечно. Я здесь, в конце-то концов, родился.
— Ты знаешь, я тоже. Но не все из нас, хотя немного таких, кто появился на свет в своем истинном мире. А здесь все вы — люди — в некотором смысле в командировке. И единственная цель ее — исполнить свое предназначение. Я свое исполнила и вернулась в свой настоящий вид. А потом долго-долго ждала Сашу. Но он не появился, увы.
«Господи! Что я вижу — слезы на глазах привидения!»
— Саша был блистательный политик, самый умный, самый-самый! — справившись с нервами, продолжила Татьяна. — Что-то помешало ему. Но человек, не выполнивший предназначения, — она тяжко вздохнула, — исчезает из обоих миров. Навсегда. Не хочу, чтобы эта участь постигла тебя.
— Погоди! — перебил я ее. — А если умирает младенец, как же он может исполнить это самое предназначение?
— А, может, в том оно и состоит?
Ее встречный вопрос поставил меня в тупик. Как же так: делаешь ли ты что-то или бездействуешь, а твоя судьба, оказывается, изначально предопределена? Кто или что определяет твое предназначение? Кто судья? Я напрямую спросил об этом Татьяну.
— Не знаю. И никто не знает. Хочешь, считай это законом естественного отбора.
Татьяна, мое милое привидение, моя пра-пра… и не знаю, сколько раз еще — бабушка исчезла в семь вечера того же дня. Вначале возник из ниоткуда знакомый изумрудный луч, заставивший ее засуетиться. Ей-богу, если бы это было физически возможно, она повисла бы на моих плечах и разрыдалась бы по-бабьи. Я бы тоже. Но она вошла в луч и мгновенно растворилась в нем.
Много лет спустя я удосужился заглянуть в энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Раньше мне просто не приходило это в голову. Да и соответствующего издания под рукой никогда не было. «Беклешов Александр Андреевич. Родился 1 марта то ли 1745, то ли 43-го года». Далее перечень должностей по возрастающей, включающий и шестилетний орловско-курский период. Более всего понравилось выражение о нем Сперанского, говорившего о четырех лично известных ему генерал-прокурорах империи: «Беклешов был их всех умнее, но и всех несчастнее».
В чем изменилась моя жизнь? Внешних перемен было немало. Прежде всего, я дослужился до должности главного инженера завода, после чего насовсем оставил профессию. Несколько лет пробовал себя в бизнесе, что позволило мне поменять однокомнатную квартиру на самой окраине Орла на апартаменты в центре. Бездельничал, путешествовал, изучал всякую оккультную дребедень. Так и не женился. И до сих пор не знаю своего предназначения.