Электронная книга - «История шпионажа. Том 1». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей.
Накануне Первой мировой войны Ганди сопутствовал первый успех в Южной Африке — маршал Смутс принял Азиатское соглашение. Этот успех показал Ганди, что он идет правильным путем. Теперь ему хотелось испытать свою доктрину терпения и убеждения в самой Индии, куда он вскоре вернулся.
Национальное движение в Индии развивалось. К упомянутым визирям (Гокхейл и Титак), создавшим партию «Служение Индии», примкнули известные интеллектуалы, среди них Рамакришна, Ви-векананда и Рабиндранат Тагор. Он первым увидел в Ганди великого духовного вождя и политика, назвав его Махатмой (великой душой).
Неожиданно для Запада Ганди выбрал тактику постепенных и неспешных шагов, противодействуя англичанам только в отдельных случаях беззакония на местах, улучшая условия жизни крестьян. На берегу реки Сабармати, в пригороде Ахмадабада, он основал ашрам (духовную коммуну), которая вскоре стала центром развития национальных идей. Главы партии ИНК приезжали в эту коммуну для обсуждения тактики работы, отсюда шли лозунги с призывами овладевать грамотой, стать к ткацкому станку, в котором Ганди видел основу развития индийской промышленности. Он призывал индийцев отказаться от пагубной привычки курить опиум, пристрастия к алкоголю и других пороков.
Гениальность Ганди состояла в том, что он был не только человеком действия или простым идеологом, но вел одновременную борьбу на двух фронтах — против присутствия англичан, и в этом имел мно-к» последователей, и одновременно выступал за строительство новой Индии.
Эта тактика позволила ему сразу по окончании Первой мировой войны стать настоящим духовным и политическим вождем Индии. (отни тысяч индийцев приняли участие в борьбе против капиталистических держав. Но Англия по-прежнему не ослабляла свою хватку. Она подавила в крови выступления в Амритсаре, Пенджабе, усилии полномочия полиции декретами Роулатта. Ответом был рост сил со противления. Борьба становилась менее пассивной, народ отказывался сотрудничать с угнетателями, но их подчинение своей внутреннен дисциплине восхищало.
Одновременно Ганди стремился сблизить мусульман и индийцев. Начиная с 1920 года ему удалось сблизить позиции этих общин, традиционно враждовавших друг с другом.
Отказ от сотрудничества с англичанами содержал первые зерна отказа участвовать в неправедной акции по религиозным или гражданским убеждениям. Этот феномен стал набирать силу, когда в 1921 году англичане арестовали Ганди, обвинив в противодействии силам порядка и заключив его в тюрьму на шесть лет.
Это лишь усилило его авторитет в народе. Партия ИНК стала действенной и мощной организацией, в которую входили 4700 делегатов. Освобожденный через три года, в 1924 году, Махатма продолжил борьбу. В 1930 году после событий соленого марша (когда манифестанты протестовали против английской монополии на продукты первой необходимости) он был вновь арестован. Этот арест послужил началом всеобщей забастовки в Дели и вызвал крупные беспорядки. Находясь в тюрьме, Махатма написал «Письма к ашраму», в которых изложил суть индийского национализма и «Сатьяграха». Претворение в жизнь принципов «Сатьяграха» предполагало объединение усилий всех слоев общества. Ганди приводил пример: чтобы на улицах было чисто, не нужно создавать артель мусорщиков, каждый должен сам убирать свой мусор. «Все люди должны неукоснительно следовать этому правилу, быть чистильщиками».
Махатма по-прежнему отказывался от любых средств подпольной борьбы. В газете «Молодая Индия» от 11 ноября 1924 года он писал: «Я не пользуюсь методами подпольной борьбы и не знаю другой дипломатии, кроме следования правде. Мое оружие — неприменение насилия». Трудно заподозрить Ганди в неискренности, но не мог же он читать в душах своих сторонников.
Человек, бросивший 5 апреля 1927 года в Дели бомбу в парламент, где за день до того президент Королевской комиссии по делам Индии сэр Джон Симон в своем докладе плохо отозвался об индийском национализме, вряд ли читал газету «Молодая Индия».
24 августа 1930 года к власти пришли лейбористы. Премьер-министром вновь стал Рамзей МакДональд, пробывший недолгое время министром иностранных дел. Он интересовался Индией и написал о ней две книги. Но тот, кого Черчилль назвал «человеком без костей», к тому же не отличавшийся крепким здоровьем, не обладал достаточным авторитетом, чтобы провести реформы, о которых он писал, но в которые он вряд ли верил.