Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Я сбегал наверх, вкратце рассказал жене, что случилось, и уже через пять минут ехал в хэнсоме рядом со своим новым знакомым на Бейкер-стрит.

Шерлок Холмс, как я и ожидал, лежал в халате на диване в гостиной и просматривал колонку криминальных новостей в «Таймс», покуривая свою обычную утреннюю трубку, которую заправлял остатками всех табаков. Эти остатки он тщательно собирал и сушил на каминной полке. Встретил он нас приветливо, но сдержанно. Заказал яичницу с ветчиной, которую съел с не меньшим аппетитом, чем мы. Когда с завтраком было покончено, он посадил нашего нового знакомого на диван, себе под голову подложил подушку и поставил рядом с собой стакан бренди с водой.

– Сразу видно, что ваш случай необычен, мистер Хэдерли, – сказал он. – Прошу, располагайтесь поудобнее, чувствуйте себя как дома. Расскажите, что случилось. Когда устанете, отдохните, выпейте что-нибудь.

– Спасибо, – поблагодарил мой пациент. – Но доктор мне уже здорово помог, а завтрак с вами окончательно излечил меня. Я постараюсь занять как можно меньше вашего драгоценного времени, так что лучше сразу приступлю к рассказу о том, что со мной стряслось.

Холмс сидел в своем большом кресле с отстраненным видом и полузакрытыми глазами. Такое выражение всегда появлялось у него на лице, когда ему было интересно и он был готов внимательно выслушать рассказ. Я сел напротив него, и молодой инженер приступил к своему поистине удивительному повествованию.

– Вы должны знать, – сказал он, – что я сирота. Семьей не обзавелся, поэтому живу один здесь, в Лондоне. По профессии я инженер-гидравлик. Семь лет стажировки в «Веннер-и-Мейсон» (это известная фирма в Гринвиче) позволили мне приобрести неплохой опыт. Два года назад мой испытательный срок закончился, тогда же умер мой несчастный отец, оставив мне в наследство энную сумму денег. Я решил начать собственное дело и открыл контору на Виктория-стрит.

Наверное, для всех первый опыт самостоятельной работы – самый страшный. В моем случае это было вообще что-то ужасное. Три консультации и один небольшой заказ – вот и все, что у меня было за два года. Мое дело принесло мне в общей сложности двадцать семь фунтов десять шиллингов. Каждый день с девяти утра до четырех вечера я сидел в своей комнатенке, дожидаясь клиентов, пока меня, наконец, охватило отчаяние и я начал подумывать, что вообще напрасно все это затеял.

Но вчера, когда я собирался уходить, ко мне в кабинет вошел мой клерк и сказал, что меня хочет видеть по делу какой-то джентльмен. Он вручил мне и его визитную карточку: «Полковник Лизандер Старк». Как только клерк вышел, в кабинет вошел сам полковник, очень высокий, но необычайно худой человек. Я в первый раз увидел такого худого человека. От лица у него остались лишь нос да подбородок, на щеки не было даже намека, кожа плотно обтягивала выступающие скулы. Но подобная худоба была, похоже, его естественным состоянием, а не следствием какой-то болезни, потому что глаза у него горели ярко, походка была твердая, двигался он быстро и вообще держался очень уверенно. Одет он был просто, но аккуратно. Лет ему было, пожалуй, под сорок.