Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

В 1979 г. в связи со 100-летием со дня рождения Сталина Брежнев снова заявил в Политбюро, что они уже раньше договорились о том, чтобы «объективно оценивать как положительные, так и отрицательные стороны деятельности Сталина»1858. В соответствии с этим «Правда» получила поручение опубликовать статью о Сталине, а журнал «Коммунист» должен был поместить материал о роли народных масс в истории. Некий микст этих двух публикаций предполагалось распространить по каналам ТАСС и в СМИ.

Из-за новой линии «объективной сбалансированности» при Брежневе становилось сложно однозначно высказываться против Сталина. На то имелось несколько причин. Прежде всего, Брежневу для сохранения власти было важно искать компромисс между приверженцами Сталина и либеральными силами, поэтому ему нельзя было впадать в крайности. К этому добавлялось понимание Брежневым того, что с политической точки зрения «следует делать» и что абсолютно неприемлемо. Резкий тон, громкие слова и речи, рассчитанные на внешний эффект, считались брендом Хрущева и зловещим предзнаменованием для его оппонентов. Крайности не подходили к новой политической культуре компромисса и консенсуса. Теперь преобладающей тенденцией в стиле руководства стало умение не подчеркивать отрицательное в истории, а гордиться достигнутым. Брежнев заявил об этом писателю Константину Симонову, который хотел опубликовать свой военный дневник об ужасах и неудачах 1941 г. Все это правда, признал Брежнев, но, тем не менее, публиковать нельзя: «Мало ли что мы видели, главная правда – мы победили. Все другие правды меркнут перед нею… Но, может быть, стоит пожалеть людей, победителей, их детей и внуков и не вываливать все сразу»1859. Однако Симонову удалось в ходе долгого разговора переубедить Брежнева, который очень уважал писателя. Это еще одно свидетельство того, что Брежнев не был сторонником жесткой политики, даже если и позволял ее приверженцам давать советы.