Одураченные. Из дневников (1939—1945)
- Автор: Кельнер Август Фридрих
- Год: 2014
- Язык: русский
- Год: Иностранная литература
- Переводчик: Анатолий Сергеевич Егоршев
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Одураченные. Из дневников (1939—1945)». Краткое содержание книги:
«Морок в умах дополняется пустотой в душах. Взирая на этот народ, хочется выть… Бал правят грубость, жестокость, жажда власти, чванство».
«Теперь неизбежно возникают вопросы: разве мы стали счастливее, оккупировав ряд стран? Получил ли каждый конкретный, отдельный немец что-нибудь от этих завоеваний?»
«Если после окончания войны немецкий народ соберется с духом и постарается определить самые мрачные стороны гитлеровской тирании, то пресса и ее сотрудники окажутся первыми в списке…»
«Война исковеркала мышление людей, и все их действия подчинены задачам войны. Похмелье продлится дольше, чем это может представить себе закоренелый пессимист».
Все решится на Западе!
Англия — при поддержке США — не может допустить и не допустит, чтобы Адольф Гитлер со своими полчищами поработил всю Европу. В этом ключ к дальнейшему развитию событий. Только ребенок может думать, что англичане согласятся на ничью. Тут Гитлер допустил громадный просчет. С Англией наверняка была бы достигнута договоренность, если бы после 33-го года мы проводили более сдержанную внешнюю политику. Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?[42]
Нынешняя внешняя политика не возникла на пустом месте. В начале века ненависть всего мира к нам вызвали пангерманцы со своим союзом (Класс, фон Ревентлов и иже с ними). Плачевный исход Мировой войны (1914–1918) заставил этих господ, несущих полную ответственность за ее длительность, на некоторое время примолкнуть. Зато как потом воспряли духом все проповедники насилия и шовинисты! НСДАП с ее хищническими планами была отличным инкубатором для взращивания политиков-силовиков такого же пошиба. Разнузданной пропагандой своих идей могли заниматься все, кто считал агрессию и экспансию единственно возможным средством достижения внешнеполитических целей. Все это не могло не привести к войне, развязанной в 1939 году. На мировой арене вспыхнул пожар, какого не знала история человечества. Поджигателями выступили национал-социалисты, исключившие всякую свободу слова.
Врагом государства был каждый, кто хотя бы намеком выражал свое неприятие нацистского режима. Но не бороться с ним нельзя. Компромисса тут быть не может. Или — или! Народ, презревший собственную конституцию, как это сделали немцы, не имеет права на существование. Народ, который отказывается от основных прав и свобод, — беспринципный, трусливый сброд.
У нацистов звонкие, но, по сути, гнилые лозунги. Они зовут крепить «народное единство», хранить верность «крови и почве» предков, ставить «общее благо выше личного» и т. п. Оглушенный ими рядовой немец идет у нацистов на поводу, позволяя обращаться с собой как со скотиной в стаде ему подобных.
Говорят, что в Гиссене арестован лесничий Риттер — за его высказывания о том, что война продлится еще три года. Два года назад его бы расстреляли, если б он сказал, что война продлится еще два года. Говорить правду нельзя.
Сегодня мой отец отметил бы свое восьмидесятилетие. Что он, друг мира, сказал бы об этой жуткой мясорубке? Как часто он напоминал мне, что я предсказывал поражение Германии в войне 1914–1918 гг. Предупреждение о гибельности войн, равно как и проповедование умеренных взглядов, в Германии, — лишь глас вопиющего в пустыне. Ореолом героев окружены человеконенавистники, авантюристы и не знающие упреков совести рубаки.
На фронте все еще никаких явных изменений.
Только что Хельга Э. рассказала, как она навещала родственника в резервном госпитале в Трайзе. Я спросил, какое там настроение. По ее словам, пациенты и врачи считают, что с Россией мы справимся в этом году, чтобы в следующем вплотную заняться Англией! Значит, люди этой породы войной еще не насытились. Их трудно понять, но факты — вещь упрямая.
Если бы наша нация сохранила душевное тепло и обладала чувством юмора, то жила бы совсем по-другому и послала бы треклятый милитаризм ко всем чертям.
Неужели во всей Германии нет людей, которые смотрят на нынешнюю ситуацию критически? Ясно одно: по своей воле немецкий народ — по крайней мере, здешнее население — ничего не предпримет, чтобы изменить существующее положение. Как стадо баранов никогда не взбунтуется против стерегущей его овчарки. Массы относятся к своей участи с тупой покорностью. Все еще надеются, что с помощью оружия можно добиться победы. Изменить тут ничего нельзя. Переворот в сознании может произойти только в результате военного поражения или краха в экономике. Но для этого нужна еще и поддержка извне. «Что тут поделаешь» или «Изменить мы ничего не можем» — вот возражения людей, вполне способных на самостоятельные действия. Немецкий народ стал на удивление немощным и трусливым.
Но я не хочу быть несправедливым. Слабаков в остальном мире тоже не перечесть: австрийский народ, правительство Чехословакии, король Дании, королева Голландии, король Бельгии, правительство Норвегии, маршал во Франции, премьер-министр Чемберлен в Англии, народные комиссары в России (в 1939-м союз с Германией). Всех их Адольф Гитлер перехитрил или подкупил. Только меня поймать на удочку ему не удалось. Почему?
42
Мф. 16:26.