Клеймение Красного Дракона. 1937–1939 гг. в БССР [litres]

«Тогда церковь рыли, тогда собирались в доме. Какая там икона была. Собирались и молились. И мой отец собирался там… И ночью черный ворон приехал и его завезли (отца). Распух как курган и умер. А нас осталось шестеро. И мама больная. Он в 37-м, наверное… да. А мама в 39-м… Но в основном это старики делали… Даже моя тетя родная Ганна [Урбан] и дядина [жена] Агапья [Гордиенок]… И они не брали, так их забрали в тюрьму. Побросали детей одних… Арестовали… Вот эта тетка Аксинья, Ганна, и Гордиенок Агапья и Лявон Урбан. Старые. Уже дети были большие. Ну, а больше… Были еще, это Андрей Размыслович… Митрачкавы такие были [Мозго Степан Дмитриевич и его сестра Матруна], двоих забрали. Тоже и молчали, и паспорта не брали. Маня такая и Вера Митрачковы. Не фамилия, звали их так… В основном на Соловки»[168].

Пристальное внимание к событиям в Лепельском районе лично Сталина и связанное с этим усердие властей всех уровней по наведению порядка в районе и стране, тем не менее, не сломили молчальников[169]. Направленный в район для проведения агитационной работы уполномоченный ЦК Котовод 27 марта 1937 г. докладывал в ЦК КП(б)Б, что в Пышнянском сельсовете продолжают свою деятельность молчальники. Среди них названы члены семей уже арестованных Анны и Левона Урбан, отмечается, что муж Анны и сын Левона, видно, бежали с мест высылки, так как, по слухам, являются к ним по ночам. Далее в этой же докладной сказано, что Урбана Левона называют «краснодраконовец». По ночам у него проводятся тайные собрания, на которые приходят не только с Пышнянского, но и других сельсоветов. «Они распространяют такие слухи, что все, что, мол, сейчас происходит, как то: перепись, что это сказано в священном писании, что тот, кто этим занимается, попадет к дьяволу, потому что он ему продается… и все то, что, мол, забрали, принесут в зубах и отдадут обратно, и колхозов никаких не будет, а люди снова заживут по-старому, что главное не допускать искушения сатаны»[170]. Теперь лепельские «сектанты» называются не только «молчальниками», но и «краснодраконовцами». Среди руководителей краснодраконовцев также названы Романенко Лаврентий, Гордиенок Никита[171].