Нежнее шелка, острее стали (СИ)
- Автор: Ginger_Elle
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Нежнее шелка, острее стали (СИ)». Краткое содержание книги:
Он отправился к прорицательнице-вёльве, надеясь, что ответ известен ей. Она выслушала и улыбнулась – почему-то грустно – и объяснила. Кони были особыми, да и конями-то эти создания, сотворённые колдовством из морской воды и холодного ветра, были только по виду, а жизнь такого волшебного существа переходила к тому, кто его убьёт.
Перед тем как отплыть с острова Вельс пришёл к Рагнару и отвёл коней по узкой каменистой тропе к самому морю. Кони один за другим падали замертво под его ножом, превращаясь через несколько минут в серые остовы, который осыпались горстками песка. Если жизни коней и переходили в него, Вельс этого не чувствовал. И каждый раз, когда ему приходилось умирать, у него не было уверенности, что он вернется. Это была просто смерть, страшная, неотвратимая, ужасом холодящая душу.
На этот раз всё произошло так быстро, словно его молниеносно вырвало из жизни, отсекло от неё острой сталью.
<center>***</center>
Зейн выдернул кинжал из груди Вельса, и тело того – уже не он сам, лишь тело – рухнуло на пол. Несколько мгновений судорожных вдохов, и всё было кончено.
- Брось кинжал, - приказал сзади голос Хангира.
Зейн послушался и разжал пальцы. На его руке не было ни капли крови – только лезвие было красным.
Зейн стоял недвижно, опустив лицо и не сводя глаз с большого тела, раскинувшегося на полу. Один из стражников наклонился над Вельсом, приложил ладонь к шее, потом ткнул пальцем в рану на груди и произнёс:
- Мёртв.
Потом он подобрал упавший кинжал, обтёр полой и подал Хангиру. Тот приблизился к Зейну, чего не осмеливался сделать, пока у того было оружие в руках, и прошептал:
- Всё, как просил, царевич: дохлый варвар. Твоя очередь выполнять обещания.
- Пусть уйдут, - мёртвым голосом сказал Зейн.
- Ты поклялся, Зейн, что сделаешь всё, как я сказал. Надеюсь, твоя клятва чего-то стоит, - дождавшись от брата согласного кивка, Хангир повернулся к охране. – Свяжите ему руки.
Зейн даже не усмехнулся, оскалился:
- Боишься меня, старший брат?
- Боюсь? Тебя? – презрительно воскликнул Хангир. – Я не верю твоей клятве!
- Ты выше меня и опытнее, - сказал Зейн, протягивая руки подошедшему стражнику, который начал стягивать их узким кожаным ремнём. – У тебя сабля и кинжал. И ты боишься остаться со мной один на один. Со мной, безоружным?
Хангир сделал шаг вперёд, и его пальцы мягко, но с ощутимой угрозой сжали горло Зейна:
- Думаешь задеть мою гордость? Нет, Зейн, я не буду с тобой на равных. Я всегда был и буду сильнее тебя. Когда имеешь дело со зверёнышем вроде тебя, не до благородства, - Хангир махнул рукой страже и сказал. – Ждите на выходе из покоев.
- Но, великий шах, мы не можем оставить… - начал было главный из стражей, но осёкся под гневным взглядом Хангира.
- Ждите, где я сказал! – прикрикнул шах, не желавший, чтобы кто-то стоял под дверью, когда они с Зейном останутся наедине. Наедине, если не считать тела варвара. Он кивнул в сторону Вельса: - Оттащите в соседнюю комнату.
- Нет! – воскликнул Зейн. – Пусть останется здесь!
- Не в силах расстаться? – усмехнулся Хангир.
- Тоже боишься? Может, и ему руки связать прикажешь? – презрительно бросил царевич.
Шах скривился и прошептал Зейну на ухо:
- Тебе это кровь горячит, да?
Зейн лишь зубы сжал и посмотрел в сторону Вельса. Когда же он оживёт? Скоро ли? И как это будет?
Стража ушла, и шаги их гулко прогрохотали по пустым комнатам и полам без ковров. Зейн знал, почему Хангир охрану отослал, туда, где не услышат, и знал, что так будет. На то и рассчитывал, что брат захочет утаить, в каком непотребстве сам замешан…
Хангир откинул его волосы в сторону так, чтобы приоткрылись плечо и шея, шумно и жадно втянул воздух, смешанный с непривычно чистым, телесным, без примеси духов и масел запахом Зейна. Тот стоял, не шелохнувшись.
- Жаль, ты не можешь сам раздеться, - прошелестел у него над ухом Хангир, касаясь губами маленькой мочки, а потом прикусывая её. – Но я с удовольствием сделаю это своими руками, брат, - он с особым наслаждением протянул последнее слово, поиграв им на языке.
- Делай, - ответ был сух и равнодушен.
Хангир достал из ножен кинжал и начал разрезать рубаху на Зейне, потому что снять её через голову было теперь нельзя. Царевич кривил рот, однако Хангиру не мешал; но и не помогал тоже. Только этого брат от него потребовал: покориться, позволить, не сопротивляться. Он не хотел брать его связанным по рукам и ногам – хотя и мог бы. Хотел, чтобы Зейн сдался сам, лёг под него и был послушен, как мальчики из гарема. Хотел увидеть гордого брата-царевича, отцова любимца, растоптанным, смирившимся, объезженным.
- Я-то думал, - бормотал Хангир, разрезая ткань и раздражённо срывая клочки, - я-то думал – гордый, неприступный… Мечтал о тебе. Помнишь, как я Ризу тебе показывал? Я тогда только о тебе и думал, на его месте представлял… Чтобы ты вот так ко мне пришёл, обнажённый, в одних украшениях, чтобы крутился передо мной и себя предлагал. – Лезвие кинжала царапнуло чуть выше локтя Зейна, тот лишь едва заметно вздрогнул, а Хангир припал губами к маленькой ранке и слизнул кровь. – Но быть того не могло, чтобы ты себя предложил… Я ведь так думал, дурак… Ночами не спал… Ты мне всю душу и всё сердце выел, высушил своей красотой, до дна выпил… С ума свёл своими проклятыми глазищами.
Зейн молчал и стоял неподвижно, позволяя раздевать себя, целовать и ощупывать, и косился иногда в сторону Вельса. Хангир же продолжал своё полубезумное бормотание, распутывая шнуры на поясе Зейна:
- Если б я знал!.. Если б я раньше знал, что ты… ты… как последняя шлюха… С рабами, со скотами… Сын великого шаха - с рабами… Мало тебя убить, тварь…
Хангир снял с него наконец штаны и начал стягивать обёрнутую вокруг бёдер тонкую белую ткань. Зейн по-прежнему не шевелился, но по телу иногда пробегала короткая мелкая дрожь – не возбуждения, а отвращения. Отвращения к тому, что делал сейчас его брат, чего хотел.
Хангир и раньше предлагал ему. Сказал, что если уступит по-хорошему, то он отменит публичную казнь и отдаст приказ страже убить его тихо и быстро. Сказал, что всё равно возьмёт его перед казнью, пусть силой и связанного, но возьмёт. Зейн отказался подчиняться. Да, так было бы легче, и Хангир был не хуже тех рабов, что он на рынке покупал, но гордость не пускала, остатки её последние… Брату отдаться он не мог… Брату… Вкрадчивому и жестокому Хангиру с его масляными взглядами и жадным дыханиием, не меньшему грешнику, чем он сам, лицемерно изображавшему праведный гнев и отправляющему его на позорную казнь.
Приговор Зейну был вынесен, и своя жизнь его уже не заботила, но Хасана он мог спасти. Хасан, преданный как собака, ему истинным братом был, и потому Зейн не колебался ни секунды. А потом и про Вельса придумал… Не знал, как это его спасёт и как поможет, но попытаться стоило…
А Хангир осматривал и ласкал его тело, надеясь, видимо, разбудить желание. Потом, отчаявшись, он взял за плечи и повёл к ложу. Зейн покорно сел на край, но Хангир тут же толкнул его, заставив лечь. Сам он навалился сверху и продолжал наглаживать грудь и живот младшего брата, всё так же бормоча что-то под нос.
Зейн отвернулся в сторону, закрыл глаза и сжал зубы. Как вытерпеть? Как не ударить ублюдка связанными руками? Как не вцепиться зубами в похотливо щупающие руки? Как не взвыть сквозь зубы от ненависти и омерзения? Влажные ладони Хангира спускались ниже, и Зейну казалось, что они оставляют за собой на коже скользкие следы вроде тех, что тянутся за ползущей по листу улиткой.
Он чувствовал, как сильные пальцы Хангира сжимают и теребят его член, совершенно безучастный к ласкам, как другая рука отводит ему колено в сторону и медленно, по-змеиному крадётся в расщелину меж ног.