Глаза смерти (СИ)

Теперь перед Энди встал вопрос покупки катеров и оформления их в собственность. Первый вопрос решить оказалось легко: катера продавались тут же, в Ормузе. А вот с их оформлением возникла проблема. В чей собственности они должны находиться? В собственности гражданина РФ Андрея Алтухина? Или в собственности гражданина США Макса Эндрю Тейлора? Ни то, ни другое Энди не устраивало. Он не хотел светить свое настоящее имя. И Сеть, и Антисеть, и еще хрен знает кто могли сразу выйти на его след. А связывать имя гражданина США с контрабандой, да тем более в Иран, тоже было рискованно. Пусть формально Энди был всего лишь арендодателем катеров, но все равно. На кой хрен ему проблемы с американскими властями, если те докопаются до этих делишек? Предположим, перехватит какой-нибудь американский фрегат или эсминец один из катеров, начнется расследование, выяснят, кому принадлежит катер, и что тогда? А Энди считал, что его американский паспорт в будущем может очень даже пригодиться.

Он решил посоветоваться с Лешкой. Тот, судя по голосу, был поглощен своими проблемами с Ферренсом и поначалу даже не въехал в то, что говорил ему Энди. А потом поинтересовался: не перегрелся ли его возлюбленный на жарком ормузском солнце. Энди радостно ответил, что не просто перегрелся, а прокалил все мозги и теперь хочет их остудить в прохладе ночных вод Персидского залива. В итоге Лешка дал Энди совет зарегистрировать катера как собственность офшорной фирмы. И выстроить запутанную цепочку таких фирм, чтобы дойти до настоящего собственника было затруднительно. Было ясно, что у Лешки был опыт по этой части, поскольку именно он и проделал эту операцию, причем весьма быстро. Фирма с незамысловатым названием AMT Limited была зарегистрирована в дубайском офшоре. От нее тянулась замысловатая цепочка таких же липовых контор, зарегистрированных в других офшорах. И на их конечного владельца – Макса Эндрю Тейлора – выйти было практически невозможно.

Между тем Саид, который после нетрадиционного секса с использованием постороннего предмета смотрел на Энди чуть ли не с обожанием, сообщил, что Касам опять почтительно просит господина Тейлора об аудиенции. И с ним еще один человек из Хорозгана, то есть из тех самых контрабандистских поселков. Энди насторожился. Ему не хотелось светить свое лицо. Мало ли кого может приволочь с собой этот Касам. Саид уверял, что драгоценному господину ничто не угрожает и что он, Саид, лично будет обеспечивать его безопасность. Но Энди не боялся, что на него набросятся с ножом или выстрелят из пистолета. Он боялся, что посторонний увидит его лицо. Черт его знает, ведь Ферренс ведет какие-то темные дела с ормузским принцем Рашидом. У него тут могут быть свои шпионы. И что делать? Паранджу что ли надеть? Но такой наряд мог быть слишком неверно истолкован Касамом и его спутником. И Энди с видом капризной примадонны затребовал у прислуги густую вуаль. Очень густую. Он заявил, что боится рассеянной радиации, которая испортит цвет его лица. Слуги забегали, чтобы поскорее исполнить очередную блажь любимого наложника принца. А Энди сомневался, что в Ормузе найдется хоть одна вуаль. Откуда ей здесь взяться? Но, к его изумлению, вуаль перед ним положили уже через семь минут. Действительно густую. За которой было совершенно не видно лица. Энди решил для порядка прогуляться в ней по гарему (а иначе зачем она ему понадобилась?). Набросил ее на широкополую шляпу, из одежды на нем были только узенькие стринги телесного цвета и в таком виде заявился к бассейну, где отдыхали остальные наложники. Появление Энди в таком виде вызвало нездоровый интерес и даже ажиотаж среди парней. Правда никто не осмелился отпускать шуточек в его адрес (особенно после странного исчезновения Дидье, о котором ходили самые зловещие слухи). Энди понимал, что выглядит по-идиотски, но ему надо было во что бы то ни стало “выгулять” эту гребаную вуаль. Он объяснил, теперь уже наложникам, что опасается за свою кожу, поскольку узнал, что рассеянная радиация (то есть даже в тени) очень для нее вредна. На некоторых наложников объяснения Энди произвели столь сильное впечатление, что они затребовали вуали и для себя.