Трёхочковый в сердце

– Даже не знаю, – одним глотком осушив свой бокал Ник отставил его прочь, – Ещё пару дней назад я бы сказал, что просто понял насколько всегда сам разрушал отношения, и не дорожил чувствами других пока меня самого не ткнули носом…

– Надя. – Кира допила вино.

– Да, но сейчас не об этом. Мне нужно было извиниться, потому что никто не заслуживает такого отношения. Ты первая, с кем я обошёлся так непозволительно, хотя других то и не было, или я просто их не запомнил. Меня это не оправдывает, и всё же, кто мог подумать что банальное искупление так обернётся.

– Как именно? – она отставила бокал, накрыв его руку своей на спинке дивана, они сидели вполоборота, глядя друг на друга.

– Что мы вот так сможем сидеть, держась за руки, – Ник сплёл свои пальцы с её. – Говорить о том, что нас связывает, не притворяясь не стесняясь своих чувств… Ты выпила вино, хочешь подолью?

Он было собрался встать, но Кира сжав руку не отпустила, притянув к себе. В её глазах стояла жажда, которую не утолить напитком, а сухие губы требовали влаги, но не вина.

– Хочу кое-что другое!

Она соединилась с ним в поцелуе, обхватив за лицо. Её руки гуляли в его волосах, гладили плечи, руки, торс, извиваясь, словно повторяя траектории линий языка, двигаясь в синхронном танце вторя губам и ритму дыхания. Ник почти упал на Киру, вминая ту в диванные подушки. Она будто утопала под прессом, неизменно раздавливающего под натиском собственного напора. Всё что ей оставалось это отдаться, растекающемуся, из лопнувшего где-то в груди сосуда, удовольствию. Кира руками прижимала его сильнее к себе, будто боясь разорвать хотя бы на секундочку, на клеточку то волшебное слияние их тел. Нику мешала одежда, мешали её волосы разбросанные и препятствующие каждому его движению. Он всюду на них натыкался. И без того короткое платье скрывало нежность смуглой кожи, пестроту налившихся, возбуждённых сосков, всю податливую упругость груди. Волосы не позволяли добраться до шеи, ласкать губами её плечи, даже просто обхватить, обнять, примкнуть к ней. Ник оторвался, разорвав поцелуй, утягивая Киру за собой. Она поддалась, загипнотизированная искушением и желанием. Он развернул её спиной к себе, практически толкнув на спинку всё того же дивана. Теперь Кира стояла на коленях, выставляя самые пикантные формы своего тела, полулёжа на возникшей опоре. Ник задрал платье, даже не обратив внимание на узор тонких чёрных стрингов, стянув их следом. Она только и успела, что прошептать: «Нет! Подожди!», прежде чем в следующую секунду уже вскрикнуть: «О да!».