Трёхочковый в сердце

– Ты сказала «если приглашу», я не заставил себя ждать, решать тебе. Можем обсудить всё по телефону, но не ты ли мне говорила про цену искренности? – Ник не давил, он мог оставить всё как есть, закончив разговор и неразрешённые вопросы одним нажатием кнопки «отбой», вот только хотел ли. И сейчас самым главным было обустроить всё так, чтобы для Киры эта встреча казалась важнее, чем для него.

– Хорошо, я приду, смотри не разочаруй.

– Ты будешь потрясена, не сомневайся.

– Лишь бы не отравлена твоими кулинарными потугами. – Кира хотела оставить последнее слово за собой. Ник не возражал.

Он не стал усложнять себе жизнь готовкой, поэтому просто заказал еду из ресторана, сервировав её уже на месте в квартире. Стол был накрыт, а вино, откупоренное, насыщалось кислородом, стоя в ведёрке со льдом. Кира пришла во время, минута в минуту, что было совершенно нетипично для неё. Ник по-джентльменски помогал ей, пока она снимала свои высокие каблуки и пристраивала лёгкий жакет с клатчем в прихожей. Сегодня она распустила волосы, жидким чёрным антрацитом, стекающие по её плечам. Короткое платье, в тон причёске, перехваченное единственной завязкой на шее, обрамляло, подчёркивая глубокое декольте, открывало плечи, обнажая спину и уходило вниз выделяя строгой границей, контуры талии и бёдер, выставляя бесконечную длину загорелых ног. Ник столько раз видел Киру при параде, в боевой раскраске, и каждый раз это вызывало одну и ту же низменную реакцию, а у какого мужчины не вызвало бы? Она умела быть желанной и пользоваться этим. Они прошли в гостиную где уже всё было готово. То же место, та же обстановка, только девушка и стремления разные. Кира замерла, перед услужливо предложенным, отодвинутым стулом. Она прижалась к Нику обращаясь скорее к своим внутренним ощущениям чем к нему.

– Кажется, ты стал выше, больше, такое странное ощущение, непривычное, будто я снова дюймовочка в твоих руках.

Ник налил Кире вина, а себе открыл коньяк. Они расселись по местам, выпили за встречу, отведали заготовленные блюда. Ему так и не удалось скрыть свою непричастность к приготовлению еды, да он и не собирался. Потом они снова выпили, безмятежно болтая, изредка уделяя внимание оставшемуся десерту. По телу разливалась приятная слабость, голова отяжелела. Ник наполнял бокалы, с которыми они переместились на диван, где вести задушевные беседы было удобнее и немного интимнее.

– Почему ты позвонил? – Кира наконец решила прекратить дружескую болтовню вызывая его на откровенный диалог.

– Потому что обещал, разве тебе этого не хотелось? – разговоры в таких состояниях всегда превращаются в пьяные шахматы, когда уже не можешь просчитать соперника на несколько ходов вперёд, но продолжаешь осторожно переставлять фигурки в качестве ответов. Откровение за откровение.

– Хотелось, но я не про это. Почему ты позвонил в самый первый раз? – томно вздохнув, она пригубила вина, придвинувшись ещё ближе к нему, разглядывая его лицо.