«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Падение Иерусалима отсрочила лишь болезнь Нур адДина – настолько серьезная, что атабег даже публично передал власть своему брату НасрадДину. Правда, смерть все не приходила за ним, и вскоре Нур адДин заявил о своем возвращении к власти. Но этот длительный эпизод подарил латинянам так необходимую им передышку[722].

Пока вершились дела военные, решился вопрос о правителе Антиохии. Отвергнув остальных претендентов, графиня Констанция не устояла перед чарами одного молодого французского рыцаря и обратилась к Иерусалимскому королю, как регенту княжества, с просьбой разрешить ей выйти замуж за своего избранника. Им стал Рено де Шатийон (1153—1160), младший сын Жоффруа, графа Жьена.

Его род был далеко не из последних – достаточно сказать, что родственником Рено являлся Римский папа Урбан II. Рослый, красивый, безрассудно жестокий авантюрист, не жалевший ни себя, ни других, молодой избранник 24летней графини был обуян лишь одной страстью – наживы. Всем окружающим он казался настолько ничтожным, что Констанции пришлось скрывать свою связь с избранником до самой свадьбы.

Не желая огорчать влюбленную графиню, Балдуин III дал необходимое согласие, но ослепленная страстью Констанция забыла, что у нее есть второй сеньор – император Мануил Комнин, чье мнение на сей счет она не спросила. Оскорбленный василевс долго не мог простить обиды, но в конце концов дал согласие на брак при условии, что Рено пойдет в поход против князя Тороса II (1140—1169), этнического армянина, сына царя Левона I (1129—1140), захватившего византийские владения в Киликии.

Тот согласился и даже разбил противника в коротком, но запоминающемся бою у стен Александретты. Однако, когда Рено потребовал от императора денежной премии за эту операцию, Мануил ответил отказом, заметив, что француз выполнил пока еще не всю работу. Не отличавшийся глубоким умом и нравственным постоянством, новый князь Антиохии, подстрекаемый тамплиерами, тут же вступил в альянс с недавним врагом и начал готовить нападение на Кипр.

С этим походом связана крайне неприглядная история. Перед нападением на остров, желая обеспечить свою армию необходимыми средствами, Рено потребовал денег от Антиохийского латинского патриарха Эмерика (1139—1182). Получив отказ, он приказал доставить к нему клирика, сорвал с того одежды, избил, намазал раны медом и выставил на целый день под палящие лучи солнца, где старика безжалостно кусали рои мух, пчел и ос. Не вынеся мук, Эмерик отдал князю золото. Конечно, отныне он сделался рабом только одной мысли – мести де Шатийону. Втайне латинский патриарх организовал переписку с Константинополем и просил Комнина по возможности скорее прийти в Антиохию, обещая свою помощь[723].