«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Но для самой Византии основным противником являлся не Нур адДин, а Иконийский султанат, вобравший в свои границы бывшие римские фемы Анатолик и Вукеллариев. Отбить эти византийские владения составляло приоритет восточной политики императора. Но не только. Как и его отец, Мануил I Комнин активно требовал признания со стороны пилигримов прав Византии на Антиохию. Его требования, как мы видели, были удовлетворены, когда Раймунд де Пуатье принес ленную клятву. Очевидно, это был единственный способ легализовать их отношения, любой другой автоматически приводил к жестокой конфронтации с Иерусалимским королевством. Однако со смертью князя ситуация изменилась, и теперь василевс должен был по новой обеспечить свои права на Антиохию.

Надо сказать, Иконийский султан действовал очень осторожно: каждый раз, когда его турки совершали очередной набег на пограничные владения Византии, он обыкновенно отвечал, что сельджуки не имеют никакого отношения к этим походам, списывая все грехи на пришлых туркмен[707]. Султан Румсельджуков Масуд I не напрасно опасался открытого противостояния с византийцами. Историки обычно солидарны в том, что если бы император Мануил Комнин имел возможность сосредоточиться только на одной цели – овладении Иконийским султанатом, то с его крепкой армией и полководческим талантом без труда добился бы успеха. Но вынужденное распыление сил, необходимость бороться и на Востоке, и на Западе заставляли забыть об этой мечте[708].

В это время произошло еще одно противоестественное объединение усилий турок и германцев против Византии: для императора не являлось секретом то немаловажное обстоятельство, что военные действия Румсельджукского султана щедро финансировались Фридрихом I Барбароссой. Таким способом германец надеялся отвлечь Мануила I Комнина от Италии, и, как мы видели, далеко не безуспешно[709].

А что же государства крестоносцев? В те дни «звезда Востока» Антиохия пребывала в великом волнении относительно своей грядущей судьбы. После смерти Раймунда де Пуатье руководство обороной города принял на себя латинский патриарх. Он срочно направил гонца в Иерусалим с просьбой немедленно прийти на помощь гибнущему городу, и, как оказалось, весьма своевременно, поскольку Нур адДин был уже близко. Лишь весть о приближении армии крестоносцев под предводительством короля Балдуина III заставила атабега отступить, и он занял город Апамею – последний рубеж латинян в долине Оронто.