Смерть по объявлению. Неприятности в клубе «Беллона»

— Ага. Я ее в два счета освоил.

— Думаете, и продать сумеете? — осведомился добрый приятель.

— А то! Скоро научусь выставлять красотку в самом выгодном свете. Классная машина, что и говорить.

— Вот и славно. Ну что ж, сдается мне, пора вам пропустить глоток-другой. Вы как, Уимзи?

Глоток-другой пропустили все вместе. После того добрый старый приятель вдруг вспомнил, что ему пора бежать, поскольку он обещал повидаться с одним покупателем.

— Вы ведь завтра появитесь? — уточнил он у Джорджа. — Один стреляный воробей из Мэлдена хочет сделать пробную ездку. У меня другие дела, так что клиент — ваша добыча. Попробуйте свои силы, идет?

— Отлично.

— Значит, сговорились! Я подготовлю машину к одиннадцати. Всего самого что ни на есть чертовски хорошего. Пока-пока!

— Просто-таки свет в окошке для родной фирмы, э? — заметил лорд Питер.

— Есть за ним такое. Еще по глотку?

— А я вот думаю: как насчет ланча? Если более важных дел у вас не предвидится, может, составите мне компанию?

Джордж охотно согласился и назвал пару ресторанов.

— Нет, — возразил его светлость. — Сегодня мне взбрело в голову перекусить у «Гатти», если вы не против.

— Нисколько не против, отличное заведение. Кстати, я повидался-таки с Мерблзом, и он готов разобраться с этим сквалыгой Мак-Стюартом. Мерблз считает, что сможет связать ему руки до тех пор, пока все не утрясется… если, конечно, это случится хоть когда-нибудь.

— Отлично, отлично, — рассеянно отозвался Уимзи.

— И я чертовски рад, что эта работенка так кстати подвернулась, — продолжал тем временем Джордж. — Ежели все хорошо сложится, так я вздохну с облегчением — в силу многих причин, знаете ли.

Уимзи от души заверил, что именно так все и будет, а потом погрузился в молчание, столь для него не характерное, и ни слова не проронил за всю дорогу до Стрэнда.

У «Гатти» его светлость усадил Джорджа в уголке, а сам отправился потолковать с метрдотелем. По завершении беседы лорд Питер имел вид настолько озадаченный, что даже у Джорджа, поглощенного своими заботами, разыгралось любопытство.

— Что такое? Неужто в меню не нашлось ничего съедобного?

— Все в полном порядке. Я просто размышлял, заказать ли moules marinieres[115] или нет.

— Недурная мысль.

Чело Уимзи прояснилось, и некоторое время сотрапезники поглощали мидии прямо с ракушек с бессловесным, хотя нельзя сказать, что беззвучным удовлетворением.

— Кстати, — вдруг проговорил Уимзи, — вы мне не рассказывали, что виделись с дедом в день накануне его смерти.

Джордж вспыхнул. Он сражался с особенно упругой мидией, намертво прилепившейся к раковине, и на секунду-другую задержался с ответом.

— Какого черта? Проклятие, Уимзи, неужто за этой инфернальной слежкой стоит не кто иной, как вы?

— Слежка?

— Да, я сказал «слежка». Отвратительная подлость, вот как я это называю. Мне и в голову не приходило, что вы к этому делу причастны.