За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях
- Автор: Эрскин Ричард Г., Морсунд Джанет П.
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Iнтерсервiс
- ISBN: 978-617-696-739-2
- Жанр: Психология
Электронная книга - «За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях». Краткое содержание книги:
В этой книге авторы уделяют много внимания важности отношений в психотерапии. Отношения между людьми составляют основу нашей повседневной жизни.
Авторы описывают интегративный подход в психотерапии, который они разработали и теперь преподают в Институте интегративной психотерапии в Нью-Йорке. Он опирается на клиент-центрированную терапию Роджерса, Транзактный Анализ Берна, гештальт-терапию Перлза, психологию самости Кохута и работы британских теоретиков объектных отношений. Эта книга знакомит с теорией, лежащей в основе такого подхода, приводя примеры реальных бесед между терапевтами и клиентами, чтобы проиллюстрировать представленные концепции. Во второй части книги подробно описано применение этого метода в терапевтической работе, также там приведены практически полные транскрипты семи терапевтических сессий. Они включают примеры психотерапевтической регрессии, работы с родительским интроектом, психотерапию пар и многое другое.
Терапевт: Вы видите еду на столе за завтраком.
Лорейн (как Элис): О-о-о...
Терапевт: Вдыхаете запах чистых простыней... Что означает «О-о-о»?
Лорейн (как Элис): Я горжусь тем, что сделала это. (ее рука прижимается к ее ноге)
Терапевт: И ваша правая рука тоже что-то говорит. Сделайте это снова. «Я горжусь...» Ваша правая рука что-то говорит.
Терапевт не знает, что означает этот жест, и ей не нужно это знать; все, что необходимо, - это чтобы она заметила его и попросила Лорейн/Элис обратить на него внимание. Когда Лорейн/Элис повторяет и преувеличивает движение своей руки, чувства усиливаются, и значение этого движения обнаруживается спонтанно.
Лорейн (как Элис): Я сержусь, что у меня никогда этого не было. Почему не могло быть вот так? Никогда не было так.
Терапевт: «Сержусь, что у меня никогда этого не было».
Лорейн (как Элис): Никогда не было.
Терапевт: «Гордитесь» тем, что даете это им, и в то же время сердитесь внутри, что у вас самой «никогда этого не было».
Лорейн (как Элис): Да простит меня Бог. Да. (пауза) Я сержусь каждый день моей жизни.
Терапевт: Что же, понимаете, я не думаю, что Бог сможет простить вас, пока вы действительно не присвоите это - то, что вы «сердитесь каждый день» своей жизни. И вы сердитесь на своих детей, потому что они не ценят этого.
Лорейн (как Элис): Они не знают, каково это... (пауза) Я не хочу, чтобы они знали, каково это.
И снова Лорейн/Элис возвращается по спирали к тому, где она была раньше: «я хочу, чтобы они знали, и в то же время я не хочу, чтобы они знали. И снова она возвращается к давнему конфликту уже с новообретенным осознанием и самопринятием. Следующий вопрос терапевта опирается на это осознание, ведя ее дальше к исследованию того, как, испытывая голод по контакту со своими детьми, она все же продолжает удерживать их на расстоянии вытянутой руки.
Терапевт: Но тогда и вас не могут узнать, не так ли?
Лорейн (как Элис): Я стараюсь не поднимать эту тему.
Терапевт: И все же вы постоянно рассказываете им истории.
Лорейн (как Элис): Да, похоже что так. Но я себя останавливаю; я никогда не упоминаю о чем-то действительно скверном. Они и половины этого не знают.
Терапевт: Так же, как вы останавливаете себя сегодня здесь, со мной, да? Но у вас много всего на душе, не так ли, Элис? Много всего.
Лорейн (как Элис): Держу это при себе.
Терапевт: Это может убить вас.
Лорейн (как Эдис): Ну, мне почти 86; с чем-то ты должен умереть.
Терапевт: Вы хотели бы умереть с легким сердцем?
Этот вопрос отмечает переход к заключительной фазе работы с Лорейн/Элис. На протяжении сессии, представленной в главе 10, и до настоящего момента в этой сессии основное внимание уделялось исследованию, а перемена в Лорейн/ Элис произошла, прежде всего, в ответ на ее повысившуюся осознанность и растущее доверие в терапевтических отношениях. Теперь терапевт произведет оценку того, открыта ли она для более интенсивной работы на аффективном уровне.
Лорейн (как Элис): Не знаю, возможно ли это.
Терапевт: Ну а как насчет того, что вы рассказали мне сегодня о том, как вы разгневаны, и о своей зависти к собственным детям?
Лорейн (как Элис): Я не говорила, что завидовала.
Терапевт: Нет? Я думала, именно это вы описывали.
Лорейн (как Элис): Я сказала, что они никогда не узнают. И я не хочу, чтобы они узнали.
Терапевт: Разве вы не говорили, что сердились всякий раз, когда видели красивые чехлы, овсянку на столе?
Лорейн (как Элис): Сердилась? Я не сердилась на своих детей... Это совсем не их вина, что я росла в таких условиях.
Не идет ли работа слишком быстро? Не вызвали ли вопросы терапевта знакомую самокритику Лорейн/Элис, ее потребность защитить себя от угрозы, связанной с гневом, и стыд за то, что она завидует счастливой судьбе своих детей? Она определенно отступает и возводит свои старые защиты. Ответ терапевта выражает ее боль в словах; понимание в голосе терапевта нормализует реакции Лорейн/Элис.
Терапевт: Но они не понимают вас по-настоящему, не так ли? (пауза) И они не так благодарны, как были бы вы. У них были все эти куклы, которых у вас никогда не было.