За все, чем мы дорожим

– Не могу, конечно, не оценить храбрость коммандера. Полезть с голыми руками на бойцов Чертовой Дюжины – это чистое самоубийство. Но я вас прекрасно понимаю. Сам за непрошеную поддержку обычно как минимум посылаю очень далеко и очень надолго.

– И если бы еще в поддержке дело! – тут Габи прорвало. Она высказала все, что думала о выходках Нуарэ, не особенно стесняясь в выражениях. И даже процитировала сказанное на причале.

– Говорить такое… вышестоящему офицеру. Как я ему в глаза смотреть теперь буду? Повела себя как истеричный подросток.

– Вас можно понять, – Асахиро как будто бы так же невозмутимо вел флаер, но в его голосе была тревога. – Но… как вы теперь на «Сирокко»?

– Как-как… как все добрые люди летают. Выполняя свою работу и не разводя неуставных отношений. Я вот умею. Коммандер, надеюсь, тоже.

– Я уверен, коммандер сумеет принять верное решение, – после некоторой паузы проговорил Асахиро. – Я чувствую себя в некотором роде в ответе за эту историю – мне надо было вас предупредить. Хотя вероятность такой встречи была почти нулевая. Правда, мне ли говорить о вероятностях, после недавнего. У вас, похоже, тоже своеобразное везение. Ладно еще, мое имя не всплыло… или всплыло? – быстро спросил он, услышав страдальческий вздох Габи.

– В том и проблема. Имен я не называла, но я же рассказала, с чего началось наше знакомство. Этого хватило, чтобы опознали Снайпера. А дальше у меня было несколько неприятных часов. Я вспомнила, как работают наши почти коллеги из сомбрийской контрразведки. Так вот, эти ребята приняли бы Гая Флеминга как родного. Я чего-то блеяла, как будто стою у доски и урок не выучила. Сроду себя такой дурой не чувствовала. И ведь говорю же правду, а никто не верит. Ладно еще, Нуарэ куда крепче меня и знает, что и как отвечать. Но свет дневной, как же стыдно…

– Мне, по счастью, личное знакомство с «Синей Молнией» свести не довелось, – произнес Асахиро как будто в пространство, – потому я до сих пор и жив. Но я более чем наслышан и о самом Гордоне, и о его помощнике. Опаснейшие противники не только в бою. Про Гордона говорят, что он запредельно импульсивен и вспыльчив, но просто безбашенный подросток не удержал бы сильнейшую команду Сферы. Гай – его, так сказать, здравый смысл, дотошен и подозрителен, как десять ищеек. То, что вы смогли в разговоре с ними провести свою линию – уже достижение.

– Спасибо на добром слове, – снова вздохнула Габи. – Но чего мне это стоило… Впрочем, Гордон в конце концов все же поверил, что мы не новый альянс Снайпера.

– В здравомыслии ему иногда не откажешь, – криво усмехнулся Асахиро. – Впрочем, не тянет проверять – я в поле зрения любого из «Синей Молнии» не проживу и минуты.

– Вот и не надо вам туда попадать. Что вы, что Стив нам тут нужны живыми и невредимыми. И не только как контракторы Республики, но и как наши друзья.

– Я и сам не рвусь, – ответил Асахиро, и Габи заметила, как блеснули его глаза на слове «друзья». – На родной планете мне семь лет как объявлен смертный приговор, так что здесь мне точно спокойнее. Кстати, мы почти приехали.