История инквизиции
- Автор: Ли Генри Чарльз
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-699-20812-8
- Переводчик: А. В. Башкиров
- Жанр: История
Электронная книга - «История инквизиции». Краткое содержание книги:
Пытки инквизиции.
Несомненно, аналогичная борьба, следов которой не сохранилось в истории, происходила в это время в большей части итальянских городов, стремившихся охранять мирных жителей от наемных убийц инквизиции. Необходимость в этом чувствовалась даже в Венеции, где, однако, инквизиция зависела от государства, которое благоразумно сохранило свои права, взяв на себя издержки по содержанию этого установления. В августе 1450 года великий совет, большинством четырнадцати голосов против двух, признал, что инквизитор совершил злоупотребление, продав двенадцати лицам право ношения оружия для своей охраны, так как он, согласно с древним обычаем, должен довольствоваться четырьмя вооруженными слугами.
Но через шесть месяцев, в феврале 1451 года, это законодательство было изменено по просьбе генерал-министра францисканского ордена: инквизитору было разрешено иметь до двенадцати слуг, при условии удостоверения полиции, что они действительно употребляются на нужды инквизиции.
Но Эмерик все же находит, что все подобные ограничения незаконны и что всякая светская власть, мешающая служителям инквизиции носить оружие, "препятствует ее деятельности" и должна рассматриваться как соучастница ереси. Со своей стороны, Бернар Ги полагает, что только инквизитор может определить число нужных ему слуг, и Цангино соглашается, что ограничение их числа – преступление, которое инквизитор должен обуздывать по своему усмотрению.
В предшествующей главе я упоминал о праве, столь часто заявляемом и применяемом, а именно о праве отменять все местные статуты, неблагоприятные инквизиции, а также об обязанности, наложенной на всех светских должностных лиц, являться по первому требованию на помощь инквизиции. Это право было настолько общепризнано и было так полно проведено в жизнь, что инквизиция стала выше даже государства, все средства которого были к ее услугам.
Присяга в послушании, которую инквизитор мог потребовать от любого должностного лица, не была пустой формальностью: всякий, кто отказывался дать ее, подвергался отлучению от Церкви, а это, в случае упорства, влекло за собой обвинение в ереси, а в случае смирения – унизительное покаяние.
Если небрежно относившиеся к своим обязанностям инквизиторы не требовали иногда этой присяги, то другие смотрели на это, как на свою главную обязанность. Бернар Ги на всех своих аутодафе торжественно требовал этой присяги от всех королевских чиновников и местных городских властей, и, когда в мае 1309 года королевский сенешаль провинций Тулузы и Альбигойи, Жан де Мокошэн, отказался принести присягу, ему скоро дали понять его ошибку, и он немедленно смирился.
В 1329 году Генрих де Шамэ, инквизитор Каркассона, обратился к Филиппу Валуа с просьбой подтвердить привилегии инквизиции; король ответил указом, в котором объявлял, что все герцоги, графы, бароны, сенешали, прево, уездные и земские судьи, кастеляны, пристава и другие судебные чины обязаны повиноваться инквизиторам и их комиссарам; они должны арестовывать и содержать в тюрьме всех еретиков и подозреваемых в ереси и, равным образом, давать по первому требованию инквизиторам, их комиссарам и гонцам, в пределах своей судебной власти, пропуски, помощь и покровительство во всем, что касается задач инквизиции.
Когда общественный чиновник медлил оказать содействие, то тотчас же он подвергался наказанию. Так, в 1303 году вице-подестат Бонрико ди Буска отказался дать людей представителям миланской инквизиции, и тотчас же его приговорили к штрафу в сто имперских су, которые он должен был уплатить в пять дней. Даже тогда, когда должностное лицо было отлучено от Церкви и поэтому становилось неправоспособным, от него можно было потребовать повиновения приказаниям инквизитора, но ему давали понять, что, несмотря на это, в других случаях он все же не имеет права исполнять своих обязанностей.[98]
98
Должность бальи во Франции покупалась, но сам бальи перепродать ее не мог, и поэтому понятно, что всякий бальи боялся потерять свою должность в случае неповиновения требованиям инквизиторов.