Чеченские лабиринты. Устами журналистов. Книга 1

«Самым страшным последствием этой войны, — говорил при обсуждении в Думе вопроса об амнистии депутат Ю.А. Рыбаков, — оказалось то, что, когда она закончилась, на стороне федеральных войск, на стороне федеральной России не оказалось в живых практически ни одного чеченского боевика, который бы попал в плен. И в результате сегодня вопрос об освобождении российских солдат, находящихся в плену, оказался в тупике».

Тяжело подумать, но, возможно, Ю. Рыбаков заглянул в бездну, и в чеченском списке действительно нет ни одного живого человека! Их всех расстреляли, замучили до смерти и тайно закопали. Всех — студентов, поэтов, рабочих, молодых и старых. За то только, что принадлежат к народу, не желающему лизать сапоги генералов и национал-либералов.

Пока шла война, Дума была против нее. Еще бы! Ведь начали и вели боевые действия против собственного народа ненавистные президент и правительство. Когда генерал Лебедь, а по сути, президент и правительство — что уж тут скрывать! — войну остановили, Дума задумалась, как бы их уесть. Теперь, слушая пламенные речи Жириновского, его коммунистические союзники не соревновались с Главным Патриотом в красноречии, но последовательно и избирательно «добивают врага в его логове».

Но смешно рассчитывать сокрушить Чеченскую республику тремя сотнями отпущенных уголовников. Конечно, господин Илюхин не так глуп. И не чувство мести движет им. И не материальная корысть. Полагаю, он никак не связан с подлецами, торгующими живым и мертвым товаром. Но уж нажить политический капитал для себя и своей партии — такой расчет очевиден. Уже сейчас кое-кто называет г-на Илюхина автором постановления об амнистии, хотя всем известно, что это не так. И даже совсем не так. Но что-то такое партия Илюхина улавливает в общественных настроениях. Они, надо отдать должное этим людям, всегда отыскивали слабину в человеческих душах и объявляли ее то чертами передового класса, то — прогрессивного человечества. Марксисты — они вовремя умеют отказаться от Маркса, атеисты — вернуться в лоно церкви, интернационалисты — обратиться преследователями кавказцев, а уж антисемитами никогда не переставали быть.

Вот и сейчас они учуяли запах общественных миаз-мов. От людей вполне, казалось бы, порядочных, от вполне уважаемых коллег приходится слышать: «Если ради спасения трех наших ребят приходится выпустить любого чеченского уголовника, то и черт с ним!»

Какая короткая память у нас. Мало ли нахлебников в своей жизни приговаривали: цель-то благородная, а средства не приходится выбирать! Надо-де быть реалистами.

ГУЛАГ ломился от реалистов, не успевали закапывать.

Обмен уголовниками на выкупленного его родственниками российского солдата — это попытка второй раз наказать чеченца, захваченного во время войны, похоронив его до конца дней в тюрьме или в лагере, если он жив, или попытка скрыть преступление против человечества, если мертв. По сути, предлагается не обмен, а выкуп. Но чеченки из разоренной войной Чечни не могут конкурировать с богатыми родственниками банальных уголовников.