Сибирская эпопея
- Автор: Хёсли Эрик
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Паулсен
- ISBN: 978-5-98797-265-6
- Переводчик: Федор А. Романенко
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Сибирская эпопея». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Когда Муравьёв возвратился в Иркутск, героя встречала триумфальная арка, воздвигнутая в его честь. Город был увешан флагами, всю ночь сияла иллюминация, центральная площадь светилась фонариками, складывавшимися в слова «Амур наш!». Даже в США новость была воспринята с благосклонностью как чувствительный удар по британским амбициям и залог создания новой зоны торговли, в которую непременно должен был превратиться район Тихого океана. «Нам также не мешало бы отпраздновать это событие, значение которого неизбежно покажет история последующих 50 лет <…>. В конце концов, Сибирь – наш единственный цивилизованный сосед»,143 – отметила филадельфийская газета Daily Evening Bulletin. Перри М. Коллинз, влиятельный американский предприниматель, который вскоре станет известен в США своими дерзновенными начинаниями в Азии, определил новую политическую и торговую ситуацию после заключения Айгунского договора, чеканной фразой: «Отныне Соединенные Штаты лежат больше не к западу от России или Европы, а к востоку, за Амуром и Калифорнией».144
Александр Герцен, один из главных оппозиционеров царского режима, проживавший в изгнании в Западной Европе, также откликнулся на это событие в своем журнале «Колокол» приветственной статьей под названием «Америка и Сибирь». Он выразил свою радость по поводу прорыва к многообещающему Новому Свету, который мог бы стать неким подобием республиканской, демократической Америки, расположенной на другом берегу Тихого океана, и видел в этом хорошие предпосылки для развития новых отношений между двумя нарождающимися великими державами: «Между ними [Россией и Америкой] целый океан соленой воды, но нет целого мира застарелых предрассудков, остановившихся понятий, завистливого местничества и остановившейся цивилизации. <…> Черед явным образом за Америкой и Россией».145 Что касается официального Петербурга, подписание договора было, естественно, воспринято там как первая солидная компенсация за неудачи предыдущих лет. В поздравлении Муравьёву, направленном императором, в частности, говорилось: «Просвещенным действиям Вашим обязан этот край началом своего гражданского возрождения; благоразумными и настойчивыми мерами, Вами принятыми, упрочены мирные сношения с соседним Китаем и заключенным Вами трактатом дарован Сибири новый торговый путь по реке Амуру». И в качестве награды Николай Муравьёв был возведен в графское достоинство. Его имя, отныне звучащее как Муравьёв-Амурский, увековечило завоевания, которыми Россия была обязана своевольному губернатору Сибири.
После заключения Айгунского договора потребовалось еще два года, чтобы императорская Россия окончательно закрепилась в Приамурье и на дальневосточном побережье Тихого океана. Китай, которому Муравьёв-Амурский выкрутил руки, проявлял недовольство и тянул с ратификацией текста, который лишал его преимуществ, приобретенных в результате длительной борьбы полтора столетия назад. Более того, в Пекине боялись, что если сделать эту первую, громадную территориальную уступку, российская экспансия будет продолжаться. Например, в сторону Приморья, расположенного между Амуром и Кореей, ведь в русско-китайском договоре его статус не был определен. Китайцы справедливо опасались, что эта неопределенность была лишь вопросом времени. Срединная империя ослабела настолько, что могла опасаться и худшего, а именно утраты Маньчжурии или продвижения России к корейским рубежам. В самом деле, многие русские публицисты того времени, воодушевленные успехами Муравьёва-Амурского, настоятельно рекомендовали царю продолжить российскую экспансию вплоть до Великой Китайской стены и Жёлтого моря,146 обеспечивающего доступ к Тяньцзиню и Пекину. В своей переписке генерал-губернатор также выражал желание как-нибудь заняться Маньчжурией и Монголией, которые, как он написал своему сподвижнику Корсакову, «должны отделиться от Китая и составить два отдельных княжества под покровительством России».147 Рассчитывая на благоприятный для себя исход военного столкновения с европейскими державами, китайцы в течение нескольких месяцев лишь делали вид, что намерены выполнять взятые на себя обязательства. Однако новые, унизительные поражения сломили их упорство. В октябре 1860 года французские и британские войска ворвались в Пекин и в течение трех дней грабили, опустошали и жгли роскошный Летний сад в Пекине, где Цинская династия хранила свои сокровища и воздвигла чудеса архитектуры. Китайская столица была оккупирована, чем не преминул воспользоваться молодой двадцативосьмилетний русский дипломат Николай Игнатьев, предложивший Запретному городу свои услуги в качестве посредника на переговорах о выводе иностранных войск. Цена посредничества высока: Китай обязался ратифицировать Айгунский договор и, кроме того, уступить России земли к востоку от реки Уссури до Тихого океана, статус которых оставался неопределенным. 14 ноября 1860 года Китай подписал Пекинский трактат, подтверждавший и дополнявший Айгунский договор и передававший новые территории Российской империи, которая позднее образовала Приморскую область, включившую весь русский Дальний Восток с Владивостоком в качестве региональной столицы.