Ведьма, околдовавшая его

— Да что же ты такой упрямый?! — заорала Ламия, всплеснув руками и вылетая из комнаты.

— Ты такая же! Стой! — Никандр бросился следом за женой.

Ламия далеко убежать не успела, забежала в соседнюю комнату, где с Ратором ночевала Рела и кивнула перепуганной от неожиданного появления Госпожи девушке на выход. Та поспешно подскочила с ковра, на котором играла с ребёнком, поклонилась сначала королеве, затем вбежавшему за ней следом королю, и тут же скрылась за дверью. Ратор же, не замечая настроения родителей, тут же улыбнулся матери и протянул ей руки.

— Расскажи мне, что знаешь, до чего додумалась. Давай разбираться вместе, — более спокойно предложил Никандр.

Ламия подхватила сына на руки и обняла его так, будто они не виделись уже несколько дней, а не всего пару часов.

— Если ты будешь расследовать это дело, то будешь все больше и больше верить, а потом и бояться.

— Меня запугать не просто, — заверил её Никандр. — И, ты должна признать, следователь из тебя никакой.

Ламия зло поджала губы.

— Из тебя тоже, — огрызнулась она. — Это Вар Ревен и яд вычислил.

— Лучше меня у тебя сейчас всё равно никого нет.

Ламия продолжала зло сжимать губы и топтаться на месте, упрямо глядя на него.

— Ну? — всплеснул руками король. — Что ты узнала? Какой план?

— Ты едешь в Шеран, — упрямо заявила Ламия. — Ты давно там не был и тебе надо возвращаться, пока не появился ещё один Сникс.

— Разрушим проклятье и поеду.

Из-за криков родителей Ратор начал капризничать, толкая мать в щеку, когда она начинала говорить. Ламия сначала пробовала отклоняться от сына, но, когда он начал заталкивать ей в рот её собственные волосы, возмущенно на него глянула.

— Ну да. Я столько лет с ним живу и ничего сделать не могу, а ты появился и разрушишь его по щелчку пальцев.

Никандр недовольно поморщился. Он уже давно собирался вернуться в своё королевство, но всё время откладывал поездку: сначала смерть Рамилии, поимка Ревен, потом депрессия жены. Теперь вот проклятье нарисовалось.

— Хорошо, — сдался он, в конце концов. — Я съезжу ненадолго. Верну тебя в замок, и оттуда поеду.

— Я сама могу добраться до замка, — уже не так воинственно заявила Ламия, выплевывая очередной клок волос, которыми пытался накормить её сын и гладя его по спине, чтобы он успокоился. — Ты можешь уехать прямо отсюда в Шеран.

— Нет, не могу, — отрицательно качнул головой Никандр. — Я должен убедиться, что по пути ты не соберешь свору поклонников.

Ламия растеряла весь свой запал, с которым спорила, и теперь смотрела на него нерешительно и как-то жалостливо.

— А ты-то там никого не соберешь? — Никандру показалось, что она сказала это обижено, словно расстроилась, что он так легко сдался.

— Да кто со мной свяжется? — усмехнулся, приближаясь к ней и за руку притягивая к себе. — Моя жена — Ведьма Ламия, — напомнил он, целуя сына в макушку, тот сразу начал тянуть руки к нему. Никандр попробовал его забрать, но Ламия неожиданно этого не позволила, забрасывая руки сына обратно себе на шею.