Железный Маршал (СИ)
- Автор: Атенаис Мерсье
- Язык: русский
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Железный Маршал (СИ)». Краткое содержание книги:
Король, казалось, был готов с этим согласиться. Куда разумнее было держать позиции у источников пресной воды, дожидаясь, пока Салах ад-Дину надоест осаждать Тивериаду и он решит вернуться в Дамаск. Тем самым оказавшись в том же положении, в какое хотел поставить христиан. Пусть сарацины изнывают от жажды, а франки, разбившись на небольшие отряды, наносят им стремительные удары в арьергард. Однажды Ги уже применял такую тактику — в осенних сражениях в Изреельской долине почти четыре года назад, — и это помогло ему не потерять войско в бессмысленной резне.
Но едва на лагерь христиан опустилась ночь, как в шатер к королю явился Жерар де Ридфор. И заявил звенящим от ярости голосом:
— Раймунд Триполитанский желает вашего позора. Он волк в овечьей шкуре, что готов пожертвовать даже собственной женой ради того, чтобы выставить Ваше Величество трусом, не способным отстоять свои земли. Вспомните, что говорили о вас, когда вы не дали сарацинам боя в Изреельской долине и у стен Керака!
— Мессир де Ридфор… — пытался защищаться Ги, растерявшись от такого напора, но магистр наступал на него так, словно говорил с последним пахарем, а не с королем Святой Земли.
— Вспомните, как ваши враги смеялись вам в лицо и Прокаженный Король решил, что вы недостойны быть регентом королевства! Теперь на кону стоит гораздо большее! Они отнимут вашу корону, запрут вашу жену и дочерей в монастыре и посадят на трон эту девчонку Изабеллу, эту дочь византийской шлюхи, чей муж ныне так старательно притворяется вашим другом! Хотя всего месяц назад был вашим злейшим врагом! Вы этого желаете?! Несмываемого позора, который останется в памяти людей до Страшного Суда?! И даже тогда вас осудят вновь! За то, что вы отдали Иерусалим в руки ничтожных людей! Но осудят уже не люди, а сам Господь Бог!
— Довольно! — ответил Ги, вскинув руки в надежде напомнить разбушевавшемуся магистру, что тот переходит все границы. — Я… Я услышал вас, мессир, и я… Я…
— Прикажите выступить на рассвете! Я умоляю вас не верить их лживым речам! Ваша жена нуждается в сильном и бесстрашном муже, в истинном короле, так покажите же ей, что она не совершила ошибку, увенчав вас короной! Если вы отступите сейчас, ей вновь напомнят о том, каким кошмаром обернулась ее коронация! Вновь скажут, что то была кара Божия, как и новое наше поражение!
— Но стоит ли… так рисковать, мессир? — растерянно бормотал Ги, нервно потирая руки в тяжелых золотых перстнях. — Вы сами знаете, патриарх Иерусалимский отказался присоединиться к нашему походу, сказался больным и…
— Но Крест Животворящий с нами! — воскликнул де Ридфор, взмахнув рукой в сторону выхода из шатра. — Шагните в ночь, и вы увидите его под стражей моих верных тамплиеров! Разве под силу презренным магометанам остановить армию, несущую с собой одну из величайших реликвий христианского мира?! Господь не оставит нас, Ваше Величество, но лишь если мы докажем Ему свою любовь и преданность! Если мы разобьем врагов христианской веры!
Ги молчал долго, уже не решаясь спорить с кричащим магистром, и с каждым новым словом де Ридфора в душе короля зарождалось всё больше сомнений. Сибилла ждала, что он вернется героем. Весь Иерусалим, вся Святая Земля и даже распростертые над ними небеса ждали, что он вернется в свой дворец победителем. Как можно было обмануть надежды стольких?
— Будь по-вашему, мессир. Мы выступим на Тивериаду на рассвете.
Время бездействия прошло. И пусть враги утонут в реках крови, пролитой в час решающего сражения.
Комментарий к Глава сорок шестая
*трензель — металлические удила, соединенные кольцами с ремнями узды.
========== Глава сорок седьмая ==========
Комментарий к Глава сорок седьмая
Crystallion — The Battle — Saracen Ascension.
Лирическое отступление. Это песня из альбома «Hattin», целиком посвященного Битве при Хаттине 1187 года, и, собственно, в этом альбоме что не песня, то одна сплошная годнота. Я даже затрудняюсь сказать, какие из песен шикарнее: те, что от лица Саладина, или те, что от лица крестоносцев. Рекомендую всем, кто интересуется Крестовыми Походами и пауэр-металлом.
Стрелы летели со всех сторон роем смертоносных пчел, со свистом рассекая дрожащее в раскаленном воздухе марево. Сарацины стреляли на скаку, приближаясь к войску неприятеля лишь на расстояние полета стрелы и стремительно отступая вновь. Из Ла-Сефори христиане выступили еще до рассвета — король не хотел спешить, и магистр тамплиеров торопил его вновь и вновь, пока Ги не сдался, — но стоило восходящему солнцу осветить кольчуги и шлемы, как магометанские дозорные немедленно заметили ослепительный блеск медленно движущегося войска. Тысячи лошадиных копыт поднимали с иссушенной зноем земли мелкую песчаную пыль, и армия Иерусалимского королевства будто тонула в серо-желтых волнах, увязала в них, как в непроходимом болоте, и молилась, чтобы те, кто шел впереди, не сбились с пути. Солнце поднималось всё выше и жгло всё сильнее. Отражалось от начищенного до блеска металла — зачем, чего ради они так красовались перед жителями Иерусалима? — и слепило беспрерывно слезящиеся глаза. По покрасневшим обветренным щекам катились слезы и пот, но совсем не остужали обожженную солнечными лучами кожу.
Вода закончилась к полудню. Как бы ни хвалился Жерар де Ридфор умом и выносливостью своих рыцарей и сержантов, жара победила их всех. Их камизы, котты и плотные стеганные поддоспешники пропитались по́том насквозь, но рыцари не могли сбросить даже плащей, в которые кутались, словно в ознобе. Металлические звенья кольчужных рукавов мгновенно раскалялись на солнце и лишь усиливали страдания рыцарей. Со всех сторон доносилось нестройное бормотание псалмов.
Dominus regit me…
Господь — Пастырь мой… Господь ведет меня…
Стрелы вонзались в растрескавшуюся на жаре землю и надрывно ржущих лошадей. Люди уже не кричали. Лишь валились из седел, повисая на стременах, и другие оборачивались на дробный стук капель. Крови, но в тот миг они были согласны напиться и кровью, лишь бы только унять терзающую их жажду и головокружение.
Animam meam convertit…
Подкрепляет душу мою…
Но жара становилась всё сильнее, и решимость воинов стремительно угасала.
Господи, шептали тысячи иссушенных губ. Пошли нам дождь. Пошли хоть несколько капель воды, хоть одно облако на этом прокля́том голубом небе. Яви нам свое величие, как явил его Моисею и Иисусу Навину, заставив море разверзнуться, а солнце — остановить свой небесный ход.
Super aquam refectionis educavit me…
Водит Он меня к водам тихим…
Воды не было. Долина смертной тени раскинулась перед ними на многие мили вперед, бело-желтая, лишенная рек, ручьев и даже спасительной тени от деревьев, но не жезл и посох, о защите которых они просили в молитвах, простерлись над ними, а Длань Аллаха. Уже не заслоняя солнце, как в часы кровопролитной осады Керака, а гоня прочь и ветер, и едва заметные глазу прозрачно-белые облака. Смерть шла рука об руку с воинами Иерусалима, принимая их в свои холодные, в тот миг становившиеся столь желанными, объятия, и с каждым часом ее свита становилась всё больше.
— Мессир, — хрипло окликнул Ричарда один из молодых братьев-рыцарей, совсем еще мальчишка, у которого и борода-то толком не росла. И протянул ему свой бурдюк, подведя коня чуть ближе. — Возьмите, мессир. Здесь еще осталось на один глоток.
— Храни тебя Господь, мальчик, — ответил Гастингс, не узнавая собственный голос, но воду не взял. — Нет, оставь себе. Молодым нужно больше сил, чем старикам. Когда придет час сражения, Магистр будет надеяться на тебя, а не на меня.