Мои воспоминания. Том 2. 1842-1858 гг. [litres]

Клейнмихель, в день открытия моста, получил бриллиантовые знаки к ордену Св. Андрея Первозванного, тогда как лица, получившие этот орден в прошедшем году ранее его, еще не получили этого украшения; в числе их был близкий человек к Императору граф В. Ф. Адлерберг, который получил это украшение только в 1856 г. Эта награда имела тем большее значение для Клейнмихеля, что получение Андреевского ордена было для него, {как изложено выше}, сопряжено с большими затруднениями.

Читателю, конечно, покажутся странными {такой} шум и {столько} наград вследствие постройки моста, тогда как в настоящее время строится много весьма значительных мостов, и их строители не всегда получают награды. {Но надо обратить внимание на то, что в последние} 20 лет с развитием железных дорог искусство устройства мостов сделало большие успехи, но в 40-х годах постройка постоянного моста на Неве была мудреной задачей не для одних русских инженеров.

Полагаю уместным здесь объяснить, какие именно заслуги по устройству моста оказали награжденные лица. Клейнмихель, конечно, ничего не понимал в этом деле; своим постоянным вмешательством в дело постройки и бранью, которою осыпал строителя, он делал только вред. Но, с другой стороны, надо сказать, что при другом начальнике, не столько самостоятельном и энергичном, постройка моста могла бы не быть приведена к окончанию. Сделав {раз} выбор строителя, Клейнмихель, несмотря на говор многих, что Кербедз никогда ничего не строил и неопытен в постройках, что он не представляет своевременно отчетности по принятым формам, держался за Кербедза. Перемена личности строителя, а тем более наряжение комиссии для приведения в порядок отчетности и неминуемая остановка работ на время ее заседаний, к чему могли прибегнуть другого свойства начальники, могли бы быть причиной, что раз остановленная работа не возобновлялась бы. Сверх того, скорые разрешения всего представляемого строителем через комитет по устройству моста и энергичные требования Клейнмихеля о скорейшем производстве работ были полезны, в особенности, принимая в соображение врожденную Кербедза медленность и нерешительность. Дестрем был всегда готов поддержать человека со способностями и усердного, а потому всеми от него зависевшими способами облегчал труды Кербздза. Хотя Дестрем любил уверять всех, что он главный строитель моста, так же, как и главный строитель форта в Кронштадте, поминутно называя их mon pont и mon port[81], так что получил название Prince de Monpont, Duc de Monport[82], но это не мешало ему с должным уважением относиться к Кербедзу. Последнему, конечно, принадлежит вся заслуга по устройству моста; обширные познания, усердие и бескорыстие его в этом деле несомненны. Его можно обвинять только в том, что он не жалел ни казенных денег, – употребляя такие материалы, которые могли бы быть и меньших размеров, и не столь высоких качеств, – ни поставщиков этих материалов, требуя от них буквально, часто без всякой надобности, исполнения контрактов, через что они за все предметы требовали высоких цен, и несмотря на то, вследствие слишком строгого приема, разорялись. Понятно, что при этих условиях мост с набережными при нем стоил огромных сумм. Чтобы показать, до какой степени была вредна строгость приема Кербедзом материалов, расскажу следующее. Знаменитый впоследствии в истории Николаевской железной дороги и даже русских финансов, американец Уайненс{432}, тогда еще бедный заводчик, взялся изготовить на содержимом им Александровском заводе{433} чугунные фермы моста. Первые поставленные им фермы были Кербедзом забракованы, по недостаточной, как говорили, причине. Уайненс понес убыток, но впоследствии, нажив десятки миллионов по своим контрактам с казной, он говорил, что всем своим богатством обязан Кербедзу, который, придираясь к букве контракта, не принял от него ферм, и с того времени Уайненс понял, какие контракты следует заключать с русской казной; действительно, два его знаменитые контракта на ремонт подвижного состава Николаевской железной дороги, доставившие ему десятки миллионов рублей барыша, были составлены так, что они давали обширное поле Уайненсу толковать их в свою пользу. Помощники Кербедза, производители работ, а их было по одному на каждом быке и устое, были весьма усердны и не могли быть иначе при столь строгом и неограниченно требовательном начальнике. Члены комитета по устройству моста, конечно, менее других принесли пользы, и в особенности я, по недавности моего назначения, но все же они были недовольны, что Клейнмихель, вместо обещанных Государем наград, т. е. чинов или орденов, ограничился объявлением им Монаршего благоволения и удовольствия.