Дымная река [litres][River of Smoke]

«Я, Верховный комиссар Линь, знаю, что чужеземцы, ведущие торговлю с нашей страной, долгое время пользовались значительными привилегиями. Однако они принесли нам опий, страшную отраву, кою сбывают в обогащение себе и во зло другим. На посту комиссара я издал указ, в котором обещал не ворошить прошлое и лишь потребовал сдать весь привезенный опий, прекратив его доставку впредь. Три дня, отпущенные на ответ, истекли в безмолвии. Мне стало известно о большой партии опия, привезенной Дентом, которого я призвал на допрос. И вновь трехдневное промедление, и вновь неподчинение приказу. Как результат, наложен временный запрет на всю торговлю, приостановлена выдача выездных пропусков. В письме английского коменданта нет признания вышеозначенной волокиты, но лишь требование пропусков. Спрошу: ежели мои приказы не исполняют, а на вызовы мои не являются, какие еще пропуска? Эллиотт прибыл в Поднебесную на должность английского коменданта. Однако его страна, запретившая опий у себя, поощряет совращение китайского народа. В водах Гаунчжоу давно стоят груженные опием корабли, но Эллиотт не в силах их изгнать. И снова спрошу: чем командует этот комендант?»

Бахраму вдруг показалось, что с ним говорит необычайно умный и суровый человек, принявший облик переводчика Моррисона. Что за диво, как этот Линь Цзэсюй сумел превратиться в молодого англичанина? Неужели на свете есть люди, обладающие столь мощной натурой, что являют себя через свои слова, не важно, где, когда и на каком языке произнесенные?

Что же он за человек, Линь Цзэсюй? Откуда взялись его необычная мощь, властность и непоколебимая уверенность?

– «Теперь всю ответственность за скорое и безоговорочное исполнение моих приказов сдать опий и подписать ручательство я возлагаю на Эллиотта. Ежели он с этим справится, я сочту своим долгом его похвалить. Коли он может сказать что-нибудь вразумительное, пусть даст четкий ответ. Но ежели он начнет пустословить и задумает темной ночью сбежать вместе с охраной, то лишь подтвердит убеждение, что ему не хватает духу взглянуть в глаза своим соотечественникам. Однако сможет ли он проскочить сквозь ячейки обширной сети, закинутой небесами?»

Моррисон замялся и опустил листы.

– Дальше читать, мистер Эллиотт?

Слегка побагровевший капитан кивнул:

– Да, продолжайте, пожалуйста.

– «Эллиотт должен уразуметь, что ему надлежит, убоявшись злодеяния, искать пути к покаянию и исправлению: однозначно повелеть всем чужеземцам подчиниться моим приказам и сдать весь опий, хранящийся в трюмах их кораблей. Отныне все иностранцы будут вести только законную торговлю, в награду получая неистощимую прибыль. Но ежели Эллиотт, обрядившись в одежды притворного неведения, сам навлечет на себя беду, в том будет виноват он один, и где же ему тогда искать покаяния?»