![Юность [Min Kamp. Fjerde bok] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/5/7/1/4/yunost-min-kamp-fjerde-bok-download.jpg)
Юность [Min Kamp. Fjerde bok]
- Автор: Кнаусгорд Карл Уве
- Серия: Моя борьба #4
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Синдбад
- ISBN: 978-5-00131-419-6
- Переводчик: Анастасия Васильевна Наумова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Юность [Min Kamp. Fjerde bok]». Краткое содержание книги:
Карлу Уве восемнадцать, он только что окончил гимназию, но получать высшее образование не намерен. Он хочет писать. В голове клубится множество замыслов, они так и рвутся на бумагу. Но, чтобы посвятить себя этому занятию, нужны деньги и свободное время. Он устраивается школьным учителем в маленькую рыбацкую деревню на севере Норвегии. Работа не очень ему нравится, деревенская атмосфера — еще меньше. Зато его окружает невероятной красоты природа, от которой захватывает дух. Поначалу все складывается неплохо: он сочиняет несколько новелл, его уважают местные парни, он популярен у девушек. Но когда окрестности накрывает полярная тьма, сводя доступное пространство к единственной деревенской улице, в душе героя воцаряется мрак. В надежде вернуть утраченное вдохновение он все чаще пьет с местными рыбаками, чтобы однажды с ужасом обнаружить у себя провалы в памяти — первый признак алкоголизма, сгубившего его отца. А на краю сознания все чаще и назойливее возникает соблазнительный образ влюбленной в Карла-Уве ученицы…
Вина лесным пожаром сжигала меня изнутри.
Нужно все исправить. Нужно исправить все прямо сейчас, пока здесь его отец, который к счастью, о, к счастью, не знает, что я думал о его сыне. И с Ю тоже надо все исправить. Как только увижу его, так и сделаю.
— Да, — сказал я, — он хороший мальчик.
— Ты в школе ничего не замечал? Ничего серьезного?
— Нет, ничего такого. Я замечал, что ему там не нравится. Иногда другие не принимают его в игру или смеются над ним. Но ничего серьезного — ну, вы понимаете, никакого насилия или издевательств. Этого я не видел. Сомневаюсь, что такое с ним бывало.
— Ясно… — Не сводя с меня глаз, он потер затылок.
— Но он… ну да, он полноват. И поэтому его иногда обзывают. И еще игры с мячом ему даются хуже, чем другим. Поэтому их он избегает. И время от времени остается один и бродит в одиночестве.
— Ясно.
— Не знаю, — продолжал я. — Но школа маленькая. И учеников у нас немного. Все на виду и все друг дружку знают. Поэтому если бы его травили, то это легко можно было бы пресечь. Я в том смысле, что мы же не говорим о незнакомых детях или компаниях. Это Стиг, Рейдар, Эндре. Понимаете, о чем я? Думаю, с ними тоже можно потолковать.
— Да, — проговорил он.
Ох, он ведь доверяет мне, обдумывает мои слова, и как же мне стало от этого больно, ведь ему сорок и он отец, а я восемнадцатилетний сопляк, и он меня слушает?
— В классе с ним все в порядке, — продолжал я. — Ну, бывает, пошутят как-нибудь, но ведь и шутят про всех, про кого-то чаще, про кого-то реже. А любая грубость, разумеется, сразу же пресекается. То есть не по себе ему в основном на переменах. Может, попробуем занять его чем-нибудь, интересным для него, и остальных привлечь? Я поговорю с Хеге, мы с ней все продумаем. Возможно, достаточно будет поговорить с остальными мальчиками и все им объяснить. По-моему, они и не подозревают, каково ему.
— Все они знают, — сказал он, — прекрасно знают. Они больше в гости к нему не приходят и в игры не принимают.
— Да, — кивнул я, — но мне не кажется, будто это намеренно и что они это нарочно. Так сложилось, вот и все.
— А если ты с ними поговоришь, хуже не станет?
— Надо рискнуть. Просто действовать с осторожностью. Они все дети, и замечательные. Все будет хорошо.
— Думаешь?
Я кивнул:
— Я в понедельник с Хеге поговорю. И мы с ней что-нибудь придумаем.
Он поднялся.
— Не стану больше тебя отвлекать.
— Все в порядке, — заверил его я.
— Спасибо! — он пожал мне руку.
— Все будет хорошо, — снова пообещал я.
Он ушел, а я растянулся на диване в гостиной. Из открытого окна тянуло холодом. В комнату проникали звуки с улицы, что-то в воздухе искажало их так, что, казалось, они совсем рядом. Будто волны разбиваются прямо о наш дом. И снег поскрипывает под чьими-то ногами под самым окном, словно это привидение прошагало мимо, направляясь к морю. Где-то проехала машина, и шум мотора ударил прямо в стену, возле которой я лежал. Послышался смех, неприятный, и я подумал, что сегодня вечером черти вышли прогуляться. Отец Ю вывел меня из равновесия, между его доверием и моим предательством зияла такая пропасть, что кололо в груди. Я встал и поставил пластинку, которую в том году слушал чаще всего, — последний альбом Lloyd Cole and The Commotions — впоследствии он будет воскрешать во мне воспоминания о жизни здесь; закурил, прикрыл окно и прижался лбом к прохладному стеклу. Чуть погодя я пошел в маленькую комнату за гостиной, заваленную бумагой и книгами, включил свет и уселся за письменный стол.
Взглянув на торчащий в машинке лист бумаги, я понял, что кто-то на нем что-то напечатал. Я похолодел. Текст на верхней половине страницы принадлежал мне, но после него следовало несколько строчек, к которым я отношения не имел. Я пробежал их глазами.
Габриэль сунул ей пальцы в мокрую промежность. О господи, застонала Лиза. Габриэль вытащил пальцы и понюхал их. Дырка, подумал он. Лиза раскинула ноги. Габриэль глотнул водки, усмехнулся и, расстегнув ширинку, всунул свой твердый елдак в ее сморщенную дырку. Лиза закричала от наслаждения: Габриэль, мальчик мой!
Потрясенный до глубины души, да, чуть не плача, я смотрел на эти несколько строк. Пародия на мой стиль получилась удачная. И впрямь похоже. Я знал, кто это напечатал, это Тур Эйнар, и я знал, какое у него в тот момент было настроение, по-дружески пошутить, печатая это, он «поржал», а потом еще и зачитал Нильсу Эрику, и тот рассмеялся своим сёрланнским смехом.