Библиотека литературы Древней Руси. Том 11 (XVI век)
- Автор: Коллектив авторов
- Серия: Библиотека литературы Древней Руси #11
- Год: 2001
- Язык: русский
- Жанр: Древнерусская литература
Электронная книга - «Библиотека литературы Древней Руси. Том 11 (XVI век)». Краткое содержание книги:
И тако имъ многа лета жившимъ, мне же возрастомъ тела преспевающе, и не восхотехъ под властию рабскою быти, и того для князя Ивана Василевича Шуйского от себя отослалъ на службу, а у себя есми велелъ быти боярину своему князю Ивану Федоровичю Белскому.[103] И князь Иванъ Шуйской, приворотя к себе всехъ людей и к целованию приведе, пришелъ ратию к Москве,[104] и боярина нашего князя Ивана Федоровича Белскаго и иныхъ бояръ и дворянъ переимали советники его Кубенские и иные[105] до его приезду, и сослали на Белоезеро и убили,[106] да и митрополита Иоасафа с великимъ безчестиемъ с митрополии согнаша.[107] Такоже и князь Андрей Шуйской[108] с своими единомысленники пришедъ к намъ в ызбу в столовую, неистовымъ обычаемъ перед нами изымали боярина нашего Федора Семеновича Воронцова,[109] ободравъ его и позоровавъ, вынесли из ызбы да убити хотели. И мы посылали к нимъ митрополита Макария, да бояръ своихъ, Ивана да Василия Григорьевичевъ Морозовыхъ,[110] своимъ словомъ, чтобъ его не убили, и оне едва по нашему слову послали его на Кострому, а митрополита затеснили и манатию на немъ с ысточники изодрали, а бояръ в хребетъ толкали. Ино то ли доброхотны, что бояръ нашихъ и угодныхъ сопротивно нашему повелению переимали и побили и разными муками и гонении мучили? И тако ли годно за насъ, государей своихъ, души полагати, еже к нашему государьству ратию приходити и перед нами сонмищемъ июдейскимъ имати и с нами холопу зъ государемъ ссылатися и государю у холопа выпрашивати? Тако ли пригоже прямая служба воинству? Вся вселенная подсмеетъ, видя такую правду! О гонении же что изглаголати, каковы тогда случишася? От преставления матери нашия и до того времени шесть летъ и полъ[111] не престаша сия злая.
Намъ же пятагонадесятъ лета возраста преходяще, и тако сами яхомся строити свое царство, и по Божие милости и благо было началося строити. И понеже грехомъ человеческимъ повсегда Божию благодать раздражающимъ, и тако случися грехъ ради нашихъ Божию гневу распростершуся, пламени огненному царствующий градъ Москву попалившу, наши же изменные бояре, от тебе же нарицаемыя мученики (ихъже имена волею премину), аки время благополучно своей изменной злобе улучиша, научиша народъ скудожайшихъ умомъ,[112] бутто матери нашей мать, княгини Анна Глинская, с своими детьми и людми, сердца человеческия выимали и такимъ чародействомъ Москву попалили, да бутто и мы тотъ ихъ советъ ведали. И тако техъ изменниковъ научениемъ боярина нашего, князя Юрья Василевича Глинсково,[113] воскричавъ народъ июдейскимъ обычаемъ, изымали его в пределе великомученика Христова Димитрия Селунского, выволокли его в соборную и апостольскую церковь Пречистые Богородицы[114] противу митрополича места, без милости его убиша и кровию церковь наполниша, и выволокли его мертва в передние двери церковныя и положиша его на торжищи яко осужденика. И сие в церкви убийство всемъ ведомо, а не яко же ты, собака, лжеши! Намъ же тогда живущимъ в своемъ селе Воробьеве,[115] и те изменники научили были народъ и насъ убити за то, что бутто мы княжь Юрьеву мати, княгиню Анну, и брата его, князя Михаила,[116] у себя хоронимъ от нихъ. Како убо смеху не подлежитъ мудрость сия? Почто убо намъ самимъ царству своему запалителемъ быти? Толика убо стяжания, прародителей нашихъ благословение, у насъ погибоша, еже ни во вселенней обрястися можетъ. Кто же безуменъ или яръ таковъ обрящется, разгневався на рабы, да свое стяжание погубити? И онъ бы ихъ попалилъ, а себя бы уберегъ. Во всемъ ваша собачья измена обличается! Якоже сему подобно, еже Иванъ Святый[117] водою кропити, толику безмерну высоту имущу. И сие убо безумие ваше явственно. И тако ли доброхотно подобаетъ нашимъ бояромъ и воеводамъ намъ служити, еже такими собрании собатцкими без нашего ведома бояръ нашихъ убивати, да еще в черте кровномъ намъ? И тако ли душу свою за насъ полагаютъ, еже убо душу нашу желаютъ от мира сего на всякъ часъ во онъ векъ препустити? Намъ убо законъ полагающе во святыню, сами же с нами путишествовати не хотяще! Что же, собака, и хвалишися в гордости и иныхъ собакъ изменниковъ похваляеши бранною храбростию? Господу нашему Исусу Христу глаголющу: «Аще царство само на ся разделится, то не можетъ стояти царство то».[118] Како же можетъ бранная люте понести противу врага, аще междоусобными бранми растлится царство? Како убо можетъ древо цвести, аще корени суху сущу? Тако и сие: аще не прежде строения в царствии благо будетъ, како бранная храбре поставятся? Аще убо предводитель не множае полкъ утверждаетъ, тогда множае побеждаемъ паче бываетъ, неже победитъ. Ты же, вся сия презревъ, едину храбрость похваляеши; а о чесомъ же храбрости состоятися, сия ни во что же полагаеши, и являя ся не токмо утвержая храбрость, но паче разрушая. И являя ся яко ничтоже еси; в дому изменникъ, в ратныхъ же пребывании разсуждения не имея, понеже хощеши междоусобными бранми и самоволствомъ храбрость утвердити, емуже быти не возможно.
103
...Ивана Василевича Шуйского от себя отослалъ... велелъ быти... Ивану Федоровичю Белскому. — И. Ф. Бельский, вновь арестованный осенью 1538 г., был освобожден «из нятства» летом 1540 г.; спустя год И. В. Шуйский был отправлен на воеводство во Владимир и к власти пришел И. Ф. Бельский. Едва ли видную роль в этих событиях играл Иван IV, ибо ему было тогда 10 лет.
104
...князь Иванъ Шуйской... пришелъ ратию к Москве... — Новая победа Шуйских и арест И. Ф. Бельского относятся к январю 1542 г.
105
...Кубенские и иные... — Дворецкий Иван Кубенский и его брат Михаил, родичи Курбских, выступали во время «боярского правления» и на стороне Шуйских, и на стороне Бельских.
106
...сослали на Белоезеро и убили... — И. Ф. Бельский был убит на Белоозере в мае 1542 г.
107
...митрополита Иоасафа с великимъ безчестиемъ с митрополии согнаша. — Свержение Иоасафа произошло во время переворота в январе 1542 г.; преемником его стал в марте того же года новгородский архиепископ Макарий.
108
...Андрей Шуйской... — После смерти своего родича И. В. Шуйского (май 1542 г.) стал главным представителем рода Шуйских.
109
...Федора Семеновича Воронцова... — Ф. С. Воронцов, углицкий дворецкий, представитель старомосковского боярского служилого рода, был, очевидно, приближенным малолетнего Ивана IV; описание попытки его убийства и последующих событий в послании Грозного близко к описанию в официальном Лицевом летописном своде, составленном, возможно, при участии царя.
110
...бояръ своихъ, Ивана да Василия Григорьевичевъ Морозовыхъ... — Морозовы, как и Воронцовы, были представителями старомосковских служилых бояр.
111
...шесть летъ и полъ... — Грозный считал, что период «боярского правления» длился с начала 1538 по конец 1543 г., когда по приказу юного царя был схвачен и убит псарями A. М. Шуйский. Фактически в последующие годы власть находилась в руках родичей матери Ивана IV — Глинских.
112
...научиша народъ скудожайшихъ умомъ... — Пожар и народное восстание в Москве произошли в июне 1547 г. В официальном Лицевом своде вдохновителями восстания, направленного против Глинских, названы благовещенсжий протопоп Бармин, князь Ф. И. Шуйский, князь Ю. И. Темкин-Ростовский, бояре И. П. Федоров и Г. Ю. Захарьин и др. Однако Лицевой свод (в частности его последний том — Царственная книга) был составлен через несколько десятков лет после этих событий, когда все названные лица уже умерли (в большинстве — насильственной смертью). В других источниках восстание описывается как восстание «черных людей», вставших «вечьем».
113
...князя Юрья Василевича Глинсково... — Речь идет о дяде царя; мать его, бабка Ивана IV Анна Глинская, обвиненная в колдовстве в связи с пожарами, осталась жива.
114
...церковь Пречистые Богородицы... — Успенский собор.
115
...селе Воробъеве... — «По кличу палача» народ во время восстания пришел в подмосковное село Воробьево (на Воробьевых горах); в послании Стоглавому собору 1551 г. царь писал, что «от сего убо вниде страх в душу мою и трепет в кости моа».
116
Князъ Михаил — М. Л. Глинский, старший из дядьев царя, игравший видную роль в управлении страной.
117
...Иванъ Святый... — Колокольня Ивана Лествичника (Ивана Великого) в Кремле.
118
«Аще царство... царство то». — Мк. 3, 24.