Разведка и другие тайные службы древнего Рима и его противников
- Автор: Дмитренко Владимир Викторович
- Год: 2011
- Язык: русский
- Год: Адукацыя і выхаванне
- ISBN: 978-985-471-440-0
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Разведка и другие тайные службы древнего Рима и его противников». Краткое содержание книги:
Несколько лет Ганнибалу приходилось оставаться в тени — его политические противники обвиняли его во всех неудачах Карфагена и даже привлекли его к суду за то, что он в своё время, разгромив римлян в битве при Каннах, не пожелал овладеть Римом, и за то, что он якобы присвоил себе добычу, захваченную в Италии. Однако слава Ганнибала была велика и осудить его не удалось, а в 196 г. до н. э. Ганнибал был избран на высшую в Карфагене должность суфета[132].
Встав во главе Карфагена, Ганнибал первым делом упорядочил управление и навёл порядок в сборе налогов. Правил Карфагеном сенат — Совет 104-х. Римляне называли членов этого совета судьями, так как тем было дано право суда над остальными, причём члены Совета назначались пожизненно. Пожизненная власть давала почву для злоупотреблений: «имущество, доброе имя, сама жизнь каждого — всё было в их власти. Если кто задевал кого-нибудь одного из их сословия, против него ополчались все…» [Т. Liv., XXXIII, 46, 2]. Использовав народное недовольство, Ганнибал провёл закон, «чтобы судьи выбирались на один год и никто не мог оставаться судьёй два срока подряд» [Т. Liv., XXXIII, 46, 7]. Это был сокрушительный удар по прогнившей, коррумпированной системе управления Карфагеном. Следующим шагом было наведение порядка в государственном бюджете, с чем бывший полководец также справился весьма успешно: «Ганнибал сначала разузнал, какие существуют пошлины в гаванях и на суше, чего ради они взимаются, какая часть уходит на покрытие обычных государственных нужд и сколько расхищается казнокрадами. Затем он объявил на сходке, что по взыскании недостающих сумм государство окажется достаточно состоятельным, чтобы платить дань римлянам, не прибегая к налогу на частных лиц, и сдержал обещание» [Т. Liv., XXXIII, 47, 1–2].
Карфаген стал медленно, но верно оправляться от последствий проигранной войны. Однако успехи Ганнибала переполошили его врагов — «люди, столько лет кормившиеся казнокрадством, взъярились, как будто у них отняли своё, а не наворованное, и принялись натравливать на Ганнибала римлян, которые и сами искали повода дать волю своей ненависти» [Т. Liv., XXXIII, 47, 3]. По словам Тита Ливия, «из стана противников Ганнибала без конца писали своим высокопоставленным римским покровителям, каждый своему, будто Ганнибал шлёт к Антиоху гонцов и письма, а к нему от царя тайно приезжали послы» [Т. Liv., XXXIII, 45, 6].
К 197 г. до н. э. римляне в нескольких сражениях разгромили македонского царя Филиппа V, заставив его уступить ряд территорий и согласиться на уплату контрибуции. Этим аппетиты римлян на Балканах не ограничивались, и они собирались продолжить свою экспансию. Но тут о своих интересах на Балканах заговорил Антиох III «Великий», царь огромного государства Селевкидов, бывший до этого в союзных отношениях с Римом. Антиоху III были подвластны Сирия, Месопотамия и большая часть земель между Месопотамией и рекой Инд, а также значительная часть Малой Азии, но ему хотелось вернуть себе и принадлежавшие ранее его предкам земли Фракии.
Интересы Рима и государства Селевкидов столкнулись.
Вёл ли Ганнибал секретные переговоры с Антиохом III, сказать трудно. Но как опытный политик и полководец Ганнибал мог попытаться сплотить противников Рима в один союз. Римлянам же, наоборот, выгодно было расправляться с каждым из своих противников в одиночку. Слух о том, что Ганнибал затевает новую войну, мог быть и ложным, однако римлянам было гораздо спокойнее видеть во главе Карфагена каких-либо ничтожеств, чем такого человека, как Ганнибал. Хотя мнения римских сенаторов разошлись. Так, по словам Тита Ливия, «Публий Сципион Африканский[133] долго сопротивлялся: он считал, что не подобает народу римскому подписываться под обвинениями, исходящими от ненавистников Ганнибала, унижать государство вмешательством в распрю у карфагенян» [Т. Liv., XXXIII, 47, 4], всё-таки верх одержали те, кто настаивал покончить с Ганнибалом раз и навсегда. В начале 195 г. до н. э. в Карфаген были направлены послы с требованием к местному сенату о выдаче Ганнибала. Открыто арестовать его было сложно: народ и сторонники Ганнибала подняли бы бунт, а римлянам, занятым войнами на Балканах и подготовкой к войне с Антиохом, вовсе не хотелось отвлекаться на подавление мятежей ещё и в Африке. Поэтому решено было действовать тайно. Прибывшие в Карфаген римские послы «по наущению недругов Ганнибала велели на расспросы о цели приезда отвечать, что явились они для разрешения спора карфагенян с нумидийским царём Масиниссой» [Т. Liv., XXXIII, 47, 8]. Если бы римское требование о выдаче было предъявлено на заседании Совета 104-х, где преобладали противники Ганнибала и где у него не было с собой охраны, его можно было бы арестовать прямо там и тайком доставить на римский корабль, а остальных карфагенян поставить затем перед свершившимся фактом.
132
Тит Ливий пишет, что Ганнибал был избран претором, но должности претора в Карфагене тогда не было — Ганнибал был избран не претором, а одним из суфетов. Суфетов в Карфагене избиралось два. Должность суфета (по-латыни она звучала как sufes или sufetis), соответствовала должности римского консула. Подобно римским консулам, оба суфета были равны, но вряд ли стоит сомневаться в том, что слава и волевой характер Ганнибала делали его слово более веским, по сравнению со словом второго суфета, кем бы тот ни был. Поэтому, добившись должности суфета, Ганнибал стал практически правителем Карфагена.
133
Публий Корнелий Сципион Африканский «Старший», один из наиболее знаменитых римских полководцев, победивший Ганнибала в битве при Заме, всегда относился к самому Ганнибалу с уважением.