На последний шанс меньше

Никита отстегнулся, быстро похлопал по бёдрам, по груди – оружия не осталось, всё брошено. Как глупо!

– Говорил я, что нельзя тебе верить! – С ехидным весельем Алекс шаг за шагом заковылял к внедорожнику. – Говорил, что ты обманешь, что обязательно что-нибудь выкинешь!

Добравшись до машины, он попытался открыть дверь, но Никита закрылся изнутри. Это первое, что пришло ему в голову.

– Не дури, грязная ты скотина! – Алекс с силой треснул по стеклу, от чего то покрылось трещинами. – А ну вылезай!

– Я-то думал ты уже мёртв… – Глядя гиганту в жестокие хищные глаза Никита спешно соображал, искал какой-нибудь выход. – Никак ты из ада за мной вернулся?..

– Если бы попал в ад, то за тобой бы вернулся обязательно… – Алекс достал пистолет, тот самый, грохочущий, как канонирская пушка. Голос его стал тихим и угрожающим, как нож у горла. – Я сказал – выходи…

Никита сглотнул, в груди у него похолодело. Смотрящее на него чёрное дуло – как Смерть. Алекс – как Палач. Безлюдье, где они оказались – как Место Казни.

– Поторапливайся!

Медленно, всё ещё пытаясь хоть что-то придумать, Никита снял блокировку и отпёр дверь. Подняв руки он вылез, сразу ощутив вечернюю прохладу и треплющий волосы ветерок. Алекс отступил на шаг. Лицо его выглядит двояким – с одной стороны победная ухмылка, с другой исключительно настороженные, недоверчивые глаза.

– Не знал, что после таких ран выживают… – произнёс Никита, глядя то на Алекса, то на дуло смотрящего в него пистолета. – Или всё это было постановкой?..

– Конечно! – Алекс следил за Никитой пристальнее часового на кремлёвской стене. – Дима придумал такой план, в конце которого я должен был встретить тебя после стрелки. Сделать тебе сюрприз!

Никита кинул взгляд по сторонам, потом поглядел Алексу прямо в глаза и с подчёркнутой значительностью кивнул.

– Ну… сюрприз у тебя точно получился…

– Да! – Алекс резко подступил и замахнулся. – Для тебя ведь старался!

На голову обрушилась металлическая рукоять. Охнув от боли, Никита упал. Руки сами закрыли ладонями ушиб.

– Больше ты не убежишь! – Со злобным наслаждением Алекс принялся пинать ненавистного противника. – Никуда ты больше не скроешься! Здесь останешься навсегда!

Как Никита ни закрывался, защититься у него не получалось – то и дело прилетало по животу и по голове. Рёбра затрещали, руки заныли от ушибов.

– Какая тупость! – орал Алекс, катая недруга на башмаках. – И как я мог на такое согласиться?! Бутафорский нож! Коровья кровь! Дима этот слишком мудрёный! Дурак! Проблемы надо решать проще!

Во рту стало солоно. Никита выплюнул кровь, в ней мелькнуло белое. Язык нащупал в передних зубах свежую пустоту. Алекс перехватил пистолет левой перевязанной рукой, правой же взял Никиту за волосы и потащи вглубь пустыря. Делая один широкий шаг за другим он вдохновлённо заявил:

– Кажется я видел где-то там озерцо! Ты же ведь не хочешь получить пулю в лоб, верно? По-моему смерть в грязи для тебя – самое то!

Макушка заныла страшно, от боли на глаза навернулись слёзы. Сорняки стали цепляться за одежду, за шиворот набился сухой мусор. Чтобы хоть как-то облегчить страдания Никита ухватил противника за кисть, но большего сделать не смог – так и волочило его по земле, пока Алекс не тряхнул руку и резко остановился.