Я научу тебя любить
- Автор: Акулова Мария Анатольевна
- Серия: Самые разные — самые близкие #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Я научу тебя любить». Краткое содержание книги:
— Откуда ты знаешь? И почему я должна тебе верить?
Аня спросила, получая в ответ спокойную ухмылочку. После чего Вадим сел ровно на стуле, стал немного ближе…
— Наверное, потому что ты чего-то такого и ожидала. Да, кудряшка? Мы же оба неплохо знаем Корнея Владимировича. Он… Подчиненных… В собственные дела особо не посвящает. По факту сообщает иногда. А тебя, получается, даже по факту в известность не поставил… Анфиса приезжала, чтобы встретиться с тобой. Давно ведь не виделись, правда? Связалась с твоей бабушкой. Предупредила. Думала, все по-человечески будет. А оказалось… Высоцкому нужна "стабильная девочка"… — Вадим выделил два последних слова интонационно и будто бы кавычки пальцами изобразил.
Его усмешка стала шире, Анино горло сжалось, она опустила взгляд. Потому что эти слова… Корней мог так сказать. И сделать тоже мог.
— Почему я должна тебе верить? Ты просто хочешь ему отомстить. И мне тоже…
— А тебе-то за что, кудряшка? Нет уж… Тебе мне мстить не за что, не придумывай. Мне тебя даже жалко. Попала ведь… На мудака такого…
— Я не буду выслушивать.
Чувствуя резкий прилив гнева, Аня блеснула глазами, собиралась встать. И сама толком не знала, кому он адресован — Корнею или Вадиму. Знала другое. Сейчас ей надо…
Встать. Выйти. Подняться. Зайти в его кабинет. Спросить в лоб. Получить ответ. Потом… Обсудить.
Только вот…
— Я тебе кое-что получше послушать дам, кудряшка. Хочешь?
Замерла, смотря Вадиму в глаза. В которых все тот же лукавый блеск. Напускная легкость. Вроде как заинтересованность.
— Что? — она спросила севшим голосом, Вадим кивнул на стул. Мол… Ты сначала сядь обратно, а уже потом…
Она села. Потянулась к стакану с водой, сделала пару глотков…
— Анфиса приезжала, чтобы увидеться с тобой. А получилось… С бабушкой твоей поговорила. И с Высоцким. По-деловому так… Интересно… Аудио скинуть?
— Откуда у тебя аудио? — Аня спросила, чувствуя, что его слова ядом разливаются по сердце. Потому что… Бабушка. И Высоцкий. За ее спиной.
— Попросил записать. Знал, что пригодится. Мы с твоей матерью… Поладили. Так что, скидывать?
Вадим достал телефон, разблокировал, занес палец над экраном, поднимая взгляд на Аню. Она же… Кивнула просто.
Почти сразу получила уведомление на своем о том, что в одном из мессенджеров новые входящие… Сглотнула…
— Наушники дать? Сейчас послушаешь или потом?
Смотрела на экран и чувствовала, что боится… Ужасно боится…
— Зачем ты это делаешь? Что ты хочешь? — слишком сильно, чтобы при нем… Чтобы при ком-то в принципе…
— Я хочу, чтобы ты послушала… Уверен, будешь впечатлена подходом сожителя. Не люблю, знаешь ли, когда люди незаслуженно носят белые пальто. А он… Очень хочет выглядеть беленьким, когда все вокруг как бы замарались. Но ни черта, кудряшка. Он — хуже нас всех. Послушаешь — поймешь. А потом… Захочешь — наберешь. Не захочешь — пожалуйста. Девочка не глупая. Сама поймешь, что к чему. Если нужна будет подсказка, как отомстить, обращайся. Помогу.
— Я не буду никому мстить… Я расскажу все Корнею и он…
— Ты сначала послушай. Уверен, потом сама не захочешь рассказывать… А вот мне позвонить — очень захочешь. Я буду ждать, кудряшка…
Вадим подмигнул, осушил свою чашку в несколько глотков, встал из-за стола.
Она провожала взглядом его спину, чувствуя, что ее колотит. Ей страшно. Ладони потеют. Горло сжимается…
Снова посмотрела на телефон, потянулась трясущимися руками к экрану, провела…
Сначала сохранила файлы в памяти, потом…
Взяла сумочку, встала, положила купюру на стол, направилась в туалет.
Почему-то казалось, что слушать лучше наедине с собой. Закрылась в кабинке. Достала наушники. Вставила, снова потянулась к экрану…
Пальцы тряслись. И она тряслась. Замерла на мгновение. Задержала дыхание. Закрыла глаза, нажала…
«Давай начистоту.
«Давай начистоту…».
Корней давно смирился с тем, что Аня — единственный человек, который может вызвать в нем тревогу. Не только ее, конечно. Спектр чувств и эмоций, связывавших его с зайкой, с каждым днем становился все шире и глубже. Но тревога…
Он ведь по-прежнему ее ненавидел. Не мог смириться с тем, что теперь она в сердце на всю жизнь. Злился. Просил… Бесконечно просил, требовал, приказывал… Быть мудрой. Быть осторожной. Быть послушной.
И казалось, что Аня ко всему этому прислушивается — потихоньку, понемногу, с откатами, конечно, но усердно. А сегодня…
Будто дежавю.