Я научу тебя любить
- Автор: Акулова Мария Анатольевна
- Серия: Самые разные — самые близкие #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Я научу тебя любить». Краткое содержание книги:
— Корней… Корней… Что случилось?
В ее голосе слышалась тревога. Она по-прежнему пыталась обнять его в ответ, но не могла сопротивляться, достать руки.
И когда он оторвался от макушки, подхватил, поднял на руки, стал целовать — требовательно и напористо, сначала вжав в стену, потом неся в спальню, тоже сопротивляться не могла.
Теперь трясло и ее тоже. Аня не понимала, почему, но чувствовала, что его откровенно плющит. И неосознанно забирала хотя бы часть эмоций на себя. Льнула. Позволяла целовать и трогать так жадно, как ему нужно было.
Задрожала сильнее, когда Корней опустил ее на пол у кровати, развернул лицом к изножью, сам остался сзади. Стянул сначала ее футболку, покрывая поцелуями плечи, лопатки, спину, спускаясь вниз. Дальше — шорты, касаясь губами ягодиц, бедер, поглаживая кончиками пальцев ноги…
Она ведь идеальная. Действительно. Чистая. Нежная. Достойная только лучшего. Он не преувеличивал никогда, говоря это. Он так считал.
— Корней…
Аня оглянулась, немного стыдясь своей наготы — прикрывая грудь, улыбнулась, положила руку на его макушку, смотря сверху-вниз мягко, слегка испуганно…
Так же — испуганно, поворачиваясь, когда он тянет за бедра, опускаясь с корточек на колени, вжимаясь лбом в голый живот, щекоча дыханием кожу… Стоит так, не движется…
— Корней… Что с тобой? Скажи мне? Просто скажи…
И пусть Аня продолжает спрашивать, пытается присесть или его лицо хотя бы поднять, он не может ответить. Слишком сложно. Даже для него это слишком. А она…
Цедит ругательства сквозь зубы, встает, стягивает пуловер, наступает, следит, как Аня, понимая, чего он ждет, опускается на кровать. Сам нависает, позволяет подползти повыше, потянуться к его губам, пройтись пальцами по плечам, торсу, взяться за ремень.
— Я за всех тебя люблю, Ань. За маму. За папу. За весь мир люблю. Поняла меня?
Конечно, не поняла. Не могла понять. Но кивнула. Позволяя все. Глубокий поцелуй. Толчки в себя без подготовки. Яростные. Идущие от злости к нежности. Возвращающие его из внешнего жестокого сучьего мира в их маленький — тот, что построила она. Тот, который он должен охранять ценой собственной жизни.
Рыцарь, сука, потому что.
— Чего ты хочешь, Ань? — Корней оторвался в какой-то момент. Резко прекратил двигаться. Блуждал по ее — румяному — лицу своим страшным, скорее всего слишком требовательным взглядом. И она снова не понимала. Смотрела в ответ, совсем запутанная. Замотала головой, как бы прося отложить разговоры на потом. Закончить. Но он настоял. — О чем мечтаешь, зайка? Скажи, я все сделаю. Машину хочешь? Купер купим тебе. Давай?
— Ты что… У меня прав нет! Ты что! — У другой бы, может, глаза загорелись. Пусть неожиданно, но разве хоть кто-то отказался бы? А Аня… Посмотрела с недоверием… Рассмеялась даже… — Мне ничего не надо. Ничего мне не надо. Иди сюда, — замотала головой сначала, а потом обхватила его лицо руками, пытаясь к себе притянуть. Чтобы перестал ее пугать своими глупостями. Чтобы они просто продолжили. Чтобы он немного успокоился, спуская пар…
Но Корней не поддался. Снял руки, придержал над Аниной головой, прижался к ее рту на мгновение, сделал несколько движений, выжимая из губ стоны, а потом снова навис. Снова смотрел…
— Говори, чего хочешь, Ань. Говори… Мне надо, чтобы ты сказала. Пожалуйста.
Потребовал. Прожигал. Видел, что Аня колеблется. Что совсем запуталась. Что не понимает. Знал, что не кокетничает. Правда нет мыслей. Но ему точно так же правда надо. Сделать ее счастливой. За все то дерьмо, в котором сам искупался. И ее искупал.
— Я ничего не хочу, Корней. Правда, ничего. Только тебя хочу. И деток. Чтобы тебя было еще больше. Чтобы везде был ты. И во мне. И вокруг. Только этого.
Услышал ответ, закрыл на миг глаза, выдохнул… Наверное, глупо было ожидать от нее хоть чего-то материального. И это сделало по-особенному больно. Потому что… За нее деньгами торговались. Он торговался. Любые отдал бы, но чтобы сделать больно той — другой — торговался. Вот только ей не стало больно. Только их запачкала. Сука. Только их запачкала.
Он снова задвигался, держа глаза закрытыми. Продолжал сжимать руки Ани над ее же головой, меняя характер, настроение, темп. Прижимаясь своими открытыми губами к ее, смешивая дыхания, дразня языком… Слыша, что Аня реагирует. Ей нравится. Она любит быть в его власти. Любит быть ограниченной им. Когда он приказывает любит. Когда сам решает, как будет сейчас.
И только поэтому это все есть. Потому что она любит. Но если бы она была с другим… Если бы ее мать вышла на другого… Урода и циника… Ее бы никто не спрашивал.