Я научу тебя любить
- Автор: Акулова Мария Анатольевна
- Серия: Самые разные — самые близкие #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Я научу тебя любить». Краткое содержание книги:
На него не посмотрит. Это Корней понимал прекрасно. А если посмотрит… Пошлет нахер.
— Я обещал, что не буду лезть, пока она не представляет для тебя опасности. Она представляет…
Из Аниного горла вырвался какой-то непонятный звук — то ли смех, то ли всхлип. Она не выдержала — встала. Сложила руки на груди, замотала головой, направилась к столу. А может просто подальше от него.
Ей было все равно, останется ли он на корточках. Поднимется ли. Будет и дальше молчать или скажет еще что-то…
Корней же проследил, как она отдаляется, встал.
Не подходил. Ждал…
Когда она остановится у стола, упрется в него, сожмет с силой дерево…
Так, что ему видно — напряжены и руки, и спина. Лопатки выступают сильнее… Будто самые настоящие культи, оставшиеся после ампутации крыльев.
— Это не твое дело, Корней!!! Это не твое дело! — она вскрикнула так, как не кричала никогда. Во всяком случае, при нем. Стукнула ладонью по столу, доставляя себе же боль.
Всхлипнула, опустила на столешницу уже локти, пряча лицо в руках. Снова задрожала невыносимо.
Корней понимал, сейчас бы обнять, подавив сопротивление… Но нельзя. Только хуже будет.
— Ань… — окликнул спокойно. А в ответ получил только быстрый болезненный взгляд через плечо. Она будто застряла где-то между болью и злостью. Хотя почему будто. Застряла ведь. Наверняка застряла… Зачем-то сжала виски́, замотала головой… Всхлипнула еще пару раз.
Уловив его шаг в свою сторону, снова посмотрела — предостерегающе.
— Что ты за человек… Что вы за люди такие… — крутила головой, шептала… Дрожала… Всхлипывала все чаще… Снова потянулась к глазам…
— Ань, послушай меня, пожалуйста…
Корней обратился, все же сделав шаг в ее сторону, Аня пискнула, тут же пытаясь сбежать подальше.
Оторвала руки от головы, снова обняла себя, сминая кожу на плечах…
Непрерывно мотала из стороны в сторону, как бы давая понять: слушать она не хочет. Ничего не хочет.
Только метаться по дому, как раненный зверь. Шарить взглядом по пространству. Что-то пытаться понять для себя, очевидно…
Потом же… Она резко остановилась посреди кухни. Подняла взгляд на Корнея. И у него почему-то дыхание сперло. Сначала от того, какими глазами смотрела. Потом от того, что сказала…
— Сколько я тебе стоила?
— Аня… — Корней обратился предупреждающим тоном, ясно давая понять, что разговор в подобном ключе развивать не планирует. Но Ане было уже все равно.
— Сколько. Ты. Заплатил. Ей? Почём она меня продала? — слезы жгли зеленые глаза, но голос звучал твердо. Не отвела взгляд, когда Корней смотрел — тяжело, явно сдерживаясь от того, чтобы рубануть.
— Успокойся, Аня. Пожалуйста. — Но на то он и взрослый, хладнокровный, продуманный. Если надо — сдерживается. Говорит спокойно, хоть и отрывисто. В отличие от нее — взбалмошной двадцатилетней мечтательницы. Хотя уже бывшей. Мечты кончились. Как и чудеса.
— Я спокойна. Просто хочу знать, сколько… — Аня не унималась. Смотрела в глаза, давила. Сама думала, что напористостью, а по факту беззащитностью, которой была сейчас пронизана.
— Десять тысяч. Евро.
Корней произнес, сощурился. Аня же застыла на секунду, потом опустила взгляд, следом — голову. Думала, наверное, что так он не заметит, что по щеке скатилась слеза. Потом же потянулась сначала к одному плечу — стянула бретельку, потом ко второму, на миг поежилась, а потом расправила плечи, снова вскинула взгляд. Полный желания сделать еще хуже — то ли себе, то ли ему.
— Аня… — С уст Корнея слетело последнее предупреждение, но у Ани тормоза уже отказали — не помогло бы.
— Купил? Пользуйся.
Сарафан соскользнул к ногам.
Корней долго смотрел на него — ткань обручем у ее ног. Далеко не сразу начал поднимать взгляд. По щиколоткам, коленкам, бедрам, сжатым в кулаки рукам, плоскому животу, ребрам, яростно вздымающейся груди, трогательно выступающим ключицам, подбородку, плотно сжатым губам, то и дело расширяющимся ноздрям до глаз…
Стеклянных. Пустых. Злых. Не Аниных будто. Не его Ани точно.
И смотреть в них невыносимо. Поэтому он отвернулся. Приблизился к стене, вжался в нее кулаком. В него — лбом. Снова молчал. Дышал, слыша, как сам же сглатывает. Знал, что она так и стоит. Голая. Ждет чего-то. А он…
— Сука какая…
Оттолкнулся. Долбанул так, что по квартире пошла цепная волна звуков. Развернулся. Окинул Аню взглядом. Понял, что подходить по-прежнему не надо. Хуже сделает.
— Оденься, пожалуйста. Холодно. И дай мне пять минут. Потом поговорим.
Видел, что она оседает вслед за тканью, вновь пряча лицо в ладонях. Хотел бы оказаться рядом, но сейчас нельзя. Им надо немного успокоиться. Поэтому вышел из квартиры, вцепился пальцами в волосы, оттягивая с такой силой, будто скальп себе хочет снять, остановился у стены, упершись в нее руками, опустил голову, сначала глядя на напольную плитку, потом закрывая глаза. Перед которыми — белые пятна ярости.