Царь горы [СЛЭШ 18+!]

Поездка на рынок пришлась кстати. Снейп привёз его на один из крупнейших лондонских базаров. Запахи накрыли куполом большую площадь — пахло подгнившими фруктами, овощами, тухлой рыбой, стоял спёртый аромат сырого мяса, витал дух неочищенного растительного масла. У входа лоточники торговали варенными в коже страсбургскими языками и жаренными на гриле сочными венскими колбасками, золотистыми булками и хот-догами. В сторонке несколько грузных посетителей рынка грызли коричневатые сосиски, от которых шёл стойкий запах чеснока, и горячий, пахучий сок брызгал на одежду. Грузчики в залосненных куртках катили тележки с яйцами и остро пахнущим сыром, и нельзя было понять: сыр или носки грузчиков благоухают такой богатой гаммой оттенков.

Уже у входа слышались звуки перебранок, ругань грузчиков, выкрики торговок. Гарри встрепенулся, размотал шарф и расстегнул свою чёрную кожаную куртку, которую всё чаще предпочитал аккуратным рядам пальто и костюмов. Красные рожи грузчиков и ленивые лица лавочниц вызвали в нём живой отклик, и Гарри, повернувшись к Снейпу, широко ему улыбнулся.

— Слушай, какой концерт! — выпалил он, жмурясь.

Ярмарочный гул ласкал слух Гарри как морской прибой. На деле это был немолчный рёв, полный вульгарной ругани и зловония. Площадная брань витала в воздухе, и Гарри замер, перед тем как нырнуть в толпу, прислушиваясь и, казалось, впитывая в себя сквернословие, смрад и отбросы. Ликующий, он то тут, то там выхватывал из речи торговок в засаленных хламидах забористых «чертей» и «блядей», как будто собирал жемчуга, срывая парчовые одежды с греческих богинь, и хотел оказаться наконец достаточно оскверненным, чтобы с его лица исчезла улыбка, а глаза перестали быть кристально ясными.

Снейп застыл, а потом медленно вымолвил:

— Подумать только, ещё утром я хотел спросить, зачем вы отправляетесь на рынок, ведь вам привозят продукты.

Гарри, продолжая глазеть по сторонам, нетерпеливо подталкивал Снейпа вперёд.

— Успокаивает. Я люблю рынок. Город начинается с рынка! — воскликнул Гарри, пихая натолкнувшегося на него прохожего. — Эй! Смотри, куда прёшь!

Отряхнувшись, он обернулся.

— Тебе сразу надо было везти меня сюда, а не во дворцы. Там все умерли, а тут все живы! Понимаешь разницу?

Он помахал руками перед лицом Снейпа.

— Тётка моя, вот она нос от рынков воротит! Любой торговец для неё хуже распоследнего урода. “Nullita”, “vermi puzzolenti” она их называет. Ничтожества, — пояснил он. — Черви вонючие. Потому что в жизни ничего не добились, только и могут, что вонючей рыбой торговать. Однажды она заставила меня перечистить всю рыбу для приёма в сто человек за то, что я болтался по рынку Палермо. Как же я потом вонял! Смотри! — Гарри дёрнул Снейпа за рукав и ткнул пальцем в один из прилавков. — Сколько лежал этот лосось? Он умер в прошлом веке! Почему здесь такая несвежая рыба? Ведь Англия — остров! Живая есть? Пошли живую искать!