Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

После Нарвы штурмовать крепости русским войскам не довелось вплоть до 1708 г., когда пришлось брать приступом крепость, которую они считали своей. Столица Гетмана «Войска Запорожского обеих сторон Днепра» И. С. Мазепы располагалась в городе Батурине. Когда началось шведское нашествие на Украину, в городе стояли гарнизоном гетманские наемные казаки (сердюки), городовые казаки и полк русской пехоты, а для встречи с Мазепой в Батурин следовал князь А. Д. Меншиков с отрядом войск вместе с киевским губернатором Д. М. Голицыным; дальнейшие события описывались Меншиковым в серии сообщений царю. 25 октября 1708 г. отряд подошел к городу, но у стен его встретил русский полк Анненкова (который состоял при гетмане Мазепе, а теперь был выведен из крепости), «а сердюки все, также и прочие тутошние жители, убравшись, в замок засели и, розметав мост, стояли по городу в строю з знамены и с ружьем и с пушками: х которым посылал я полковника Анненкова ради разговору, для чего так с нами яко с неприятелями поступают; и ево полковника в город не пустили, також и к нам из города никого не выпустили и отвечали из города, что чинят они то по указу»[1344]. Узнав, что Мазепа покинул город, Меншиков бросился было вдогонку за ним, но в пути стало достоверно известно, что гетман изменил царю и уехал в ставку Карла XII. Поэтому А. Д. Меншиков с Д. М. Голицыным вернулись к Батурину. В письме царю от 31 октября Меншиков сообщал о том, как мазепинцы заперлись в замке и отказались впустить русские войска в город без нового гетмана, а выборы нового гетмана невозможны, пока шведы не покинут страну. Обороной руководили полковник сердюцкого полка Д. В. Чечель и гетманский артиллерийский офицер («генеральный гарматный есаул») Ф. Кенигсек. Когда русские полки подошли к мосту, ведущему в город через реку Сейм и разобранному казаками, батуринцы вывезли 6 пушек, навели их на переправу и «обреку кричали, чтоб мы не ходили, а буде силой пойдем, то станут бить». На предложение выслать переговорщиков «отказали з бранью». «Потом в дву лотках малых переправили мы на ту сторону гранадиров человек с 50 что увидя те кои при мостах с пушками стояли, тотчас с великою тревогою в город побежали и нам мосты очистили, которые направя стали мы через реку перебиратца». На следующий день Меншиков готовился к штурму, поскольку шансов договориться не оставалось: «Завтра з Божиею помощию будем чинить промысел, ибо никакой склонности к добру в них не является и так говорят, что хотят до последнего человека держатца»[1345]. Однако «промысел» (т. е. штурм) состоялся не на следующий день, а 2 ноября. О его ходе до недавних пор было известно мало. Меншиков в тот же день в письме царю лаконично сообщил: «Сего числа о шести часах пополуночи здешнюю фартецию з двух сторон штурмовали и по двучасном огню оную взяли» [1346].