Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

С шведской стороны то же самое описано в журнале коменданта Дерпта: «13-го [июля, по шведскому стилю. – Б. М.] они стреляли с невероятной яростью и бросили великое множество бомб. В половине седьмого вечера я увидел, как неприятель приготовлялся к атаке на полумесяц [т. е. равелин. – Б. М.], который, как уже упоминалось, лежал в руинах, и дал необходимые указания для теплой встречи. Бой был упорным и кровавым, и неприятель уже сделал один проход в палисаде; однако лейтенант, который содержал там пост и у которого почти не оставалось пороха, был так хорошо поддержан посланной мною пехотою, что неприятель был отбит и сброшен с рампы; тем не менее они постоянно пополнялись свежими войсками и продолжали атаку всю ночь, пока в шесть часов утра (14-го) мы оказались не в состоянии оказывать дальнейшего сопротивления, особенно из-за утомления; после чего они проникли вплоть до городских ворот, под которыми сделали ложемент»[1318].

Военно-походный журнал Шереметева уточняет многие детали, в частности, описывает исходную задачу, поставленную царем в начале операции: «Июля во 12-м числе царское величество указал… взять генералу-фельтмаршалу изо всех полков по 200 человек солдат с офицеры, и зделать всякому солдату по фошине, как мочно всякому перед собою несть, и от батареи Николая Балка итти линеею и засесть в контр-шкарфе или окопаться подле полисадов; а для управления того дела указал быть на батареи у Балка генералу-фельмаршалу и кавалеру самому, и послать прежде офицеров и солдат с урядники три роты. А сам он, великий государь, изволил быть на шанцах у генерала-маеора Николая Фан Вердина на верхней батареи, где поставлены были мартиры. И как на той батареи из мелкого ружья залпом станут стрелять для знаку, и на всякой залб посылать к тем трем ротам в помощь по сту человек, чтоб неприятели от контр-шкарфа не отбили. И на реке Омовже учинить мост, и во время промыслу тот мост привести и поставить против нижней самой батареи чрез реку Омовжу тайно, чтоб было свободно свободно чрез тое реку помощи подать»[1319]. Из этого отрывка очевидно, что задачи штурмовать крепость не было, а для занятия контрэскарпа была разработана схема последовательного ввода в бой резервов и оговорены необходимые для этого сигналы. Далее военно-походный журнал повествует о выполнении намеченного плана. «И ввечеру генерал-фельтмаршал… послал наперед для промыслу под контр-шкарфом Иванова полку фан Делдина подполковника Василья Рыскарева, а с ним розных полков: капитанов 2 ч., порутчиков 2 ч., прапорщик 1 ч., отъютант 1 ч., сержантов 3 ч., каптенармусов 6 ч., капралов 12 ч., солдат 235 ч., всего офицеров, и урядников и солдат 262 человека; а после того по знаком, как были залбы на верхней батареи, к тем же в прибавок розных же полков солдат 400 ч. да подполковник Юрья Вестов с стрелцами. А во 2-м часу ночи поставили чрез реку Омовжу мост против нижней батареи, и пошли к тем же в помощь с другой стороны полковники Мевс, Иван Англер с полками, Шкотова полку подполковник с офицеры, с ними урядников и солдат 558 ч., Келина полку офицеров 8, урядников и солдат 443 ч., Геренкова полку подполковник с офицеры, с ним урядников и солдат 417 ч., да из шанец Николая Балка Иван фон Делдин с полком»[1320]. (Интересно отметить, что, согласно реляции, опубликованной в «Письмах и бумагах Петра Великого» и в «Книге Марсовой», «для захватывания поста у самых палисад» был послан отряд из 300 солдат с подполковником Михайлом Житком (Жидком); а по военно-походному журналу Шереметева это был подполковник Василий Рыскарев.) Перечисленные отряды и подкрепления во время боя скапливались на сравнительно небольшом участке, и очевидно, это доставляло свои неудобства; другой журнал Шереметева – «Журнал шведских служб» – содержит упоминание о том, как при штурме Дерпта «сам Его Царское Величество приступил к брешу таким тесным местом, что не токмо от стрелбы было тесно, но и в трупу было пройтить трудно» [1321]. Таким образом, «теснота» была характерной обстановкой для штурма, наблюдаемой и под Нотебургом, и под Дерптом.