Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

«Единственное мое замечание состоит в том, что люди со штурмовыми лестницами слишком открыты, так как приступ будет днем, и если эти люди погибнут, то и лестниц некому приставить к стенам». – Король отвечал: «Ничего подобнаго не случится; я буду орудиями обстреливать вал, так что неприятель и не посмеет выглянуть». Тогда я предложил изготовить несколько фашинных мантелетов (переносных щитов), под прикрытием которых можно идти до вала и постоянными выстрелами не допускать неприятеля вредить людям с штурмовыми лестницами. Король отозвался: «Такия затеи не нужны, потому что орудия будут обстреливать вал. В полдень последует приступ, и вы увидите, как быстро ворвутся солдаты в Веприк».

На приступ пошли полковники де Фритм, графы Каспар и Яков Сперлинги и Альбедиль. Солдаты, которые несли штурмовыя лестницы, были, большею частию, перебиты, и только две лестницы достигли вала. Вообще же было убито с лишком 1000 человек и много ранено. Фельдмаршал получил контузию в грудь в то время, когда ехал через поле к драгунам, которые должны были подвинуться к самому валу и стрелять в неприятеля из пистолетов.

После этого неудачнаго дела Король приказал генералу Левенгаупту послать от своего имени к Веприкскому Коменданту офицера и сказать ему, что мы ночью опять будем штурмовать, непременно возьмем город, и тогда нет никому пощады»[1352]. Итак, Гилленкрок пишет, что по диспозиции штурм был назначен на полдень, артиллерия и драгуны должны были обстреливать вал так, чтобы защитники «не посмели выглянуть»; однако во время штурма лишь две лестницы достигли вала, т. к. большинство солдат, несших лестницы, были убиты. Адлерфельд добавляет, что крепость обстреливали четыре батареи по пять орудий, а для приступа были назначены три колонны, которые должны были пойти в атаку рано утром по выстрелу из пушки; защитники залили льдом валы, чтобы затруднить продвижение шведов, и так отчаянно оборонялись, что король отдал приказ штурмующим об отступлении[1353]. «Гистория Свейской войны» говорит, что шведский король «оное место трикратно штурмовал. Однако ж от наших во все штурмы отбиты, но потом, когда уже у наших пороху не стало, отдались на дискрецию» [1354]. Под тремя штурмами подразумевались, видимо, атаки трех штурмовых колонн, которые были произведены не одновременно, как планировалось, – и это позволило гарнизону отбить их последовательно. Огонь осажденных был эффективным, и его не смогла подавить шведская артиллерия. Колонна полковника Альбедиля начала атаку слишком рано, и координация штурмовых колонн была нарушена, поэтому штурм был отбит, а потери были настолько тяжелыми, что их можно сравнить с потерями в большой битве; особенно чувствительными для шведской армии стали потери среди офицерского состава [1355]. Фельдмаршал Реншильд был ранен осколком гранаты («гранатным черепом, ребро у него переломлено», – как рассказал шведский перебежчик Яган Франц) [1356]. Мемуарист Д. Крман, бывший при шведской армии, записал, что во время боя местные женщины поливали атакующих шведов кипятком и поражали камнями, за что позднее их «некоторые победители в бешенстве рубили мечами» [1357].