Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921

8.12.1919. Утром под окном Пинчера, выходившим к морю, я подобрал разбившегося орла. Каким путем погибла эта громадная птица и очутилась у самого окна, прямо непонятно. Я сообщил об этом Пинчеру. Он положил орла на свою постель, распростер ему крылья и сказал: «Это неспроста, что орел чуть не влетел в мое окно и разбился насмерть – это моя смерть». Чудак этот Пинчер. Вначале я возмущался им и презирал его, а потом мне стало его жаль. Через некоторое время я увидел Пинчера около его постели. Он стоял, понурив голову над орлом, и плакал самыми настоящими слезами. Определенно стало его жаль.

Собрались мы с подпоручиком Козицыным в город. Катер ушел у нас под самым носом; тогда мы решили прокатиться просто по морю на ялике под парусами. С нами поехал еще прапорщик Скуратовский151 с женой. Занятная пара: он – определенный дуб, а она – сплошная дура. Скуратовский провалился на экзаменах в середине ноября и, ловчась от фронта, пристроился к школе на должность какого-то каптенармуса (сколько таких пристроившихся субчиков в школе – прямо ужас!). Ветер был приличный. В бухте было довольно тихо, когда же мы выехали в открытое море, то там начало покачивать довольно прилично, волны достигали приличной величины, и подбрасывало нашу маленькую лодочку основательно. Отъехали мы от берега версты на 4, и около самого «ревуна» (ревущий буек для предупреждения судов во время тумана, когда не видно створного маяка: он устроен таким образом, что благодаря волнам, когда он то опускается, то подымается через особый клапан выходит и входит воздух и производит особый гудящий, ревущий звук) нас так покачало, что прапорщик сидел ни жив, ни мертв, а его жена начала почти плакать и кричать, что больше она никогда под парусом в такую погоду не пойдет. Еще больше их напугало то, что мы некоторое время не могли отъехать от места.

Мне лично очень нравятся такие поездки; ни одной минуты я даже не думал о каком-либо несчастье. С удовольствием могу сказать, что за всё это время мне удалось воспитать в себе самом известный твердый дух и достаточное самообладание, это весьма важно в особенности при нынешних условиях. Моря я раньше не знал, но оно мне страха не внушает, несмотря на то, что плавать я почти не умею. В этом я убедился во время шторма 21 октября около Керчи и при поездках тут во всякую погоду на лодке. Прокатились мы действительно роскошно, и стоило это удовольствие тоже прилично – 100 руб., но их не жаль. После поездки дошли вдвоем с Козицыным в кафе есть простоквашу. Вечером я решил поесть как следует и забрался в Морское собрание; кормят там паршиво, я ожидал лучшего. После ужина случайно попал на 3-е действие «Мечты любви» с участием Плевицкой в театр Морского собрания. Всё ничего, но уж больно холодно сидеть там без шинели. Впервые за всю свою жизнь был в театре, не имея билета.