Запрет на безумие
- Автор: Дель'Искандер Эльвира
- Серия: Belua Ferus #2
- Год: 2014
- Язык: русский
- Жанр: Городское фэнтези
Электронная книга - «Запрет на безумие». Краткое содержание книги:
– Не знаю, – ответил Дей. – Но теперь мы знаем об их убежище, а значит, при желании сможем все выяснить.
– Что очень кстати, – сказал Александр. – Учитывая, что догмарам известно о «Красной метке», и они только и ждут удобного случая, чтобы использовать нашу «интеграцию» в город против нас же. Но теперь…
Загадочный голос Александра Дея насторожил.
– Что «теперь»? – Дей всмотрелся собеседнику в лицо.
– Расстановка сил изменилась, – Александр обернулся на свет, – игра пойдет по новым правилам.
– У тебя есть мысли на этот счет?
Интересно было бы послушать.
Александр посмотрел на него.
– У меня есть мысли выйти из спячки.
Дей напрягся: он не любил, когда говорили загадками.
– И что это значит? – спросил нетерпеливо.
Таинственный взгляд прояснился, словно улыбнулся ему.
– Пойдем, – сказал Александр, – отдам тебе дневники.
Александр собрался было покинуть комнату, но далее трех шагов не ступил: остановился, сосредоточившись на двери, прислушался…
– Что такое?
Дей и сам «прощупал» округу. И в этот миг распахнулась дверь, и к ним впорхнула запыхавшаяся Нелли.
Она остановилась, увидев Дея, но заострять на нем внимания не стала: прямиком направилась к Александру.
– Ты должен это видеть, – проговорила Нелли, протягивая нечто желто-бумажное. – Вы все должны. Прислали утром на адрес бара.
Небольшой коричневый конверт опустился на низкий столик.
– Что это? – поинтересовался Дей, переводя взгляд от конверта к Нелли.
Нелли отвечать не стала, лишь с тревогой на него взглянула.
Александр приблизился. Он не спускал с конверта глаз, тогда как Дей потихоньку раздражался: неужели всевозможным неприятностям не предвидится конца и края?
– А еще его следует показать Брине.
***
Свет просачивался слабо: еле-еле, покрытый туманом. Больше: нужно было больше…
Глаза не желали открываться: потяжелели веки, болела голова. Но приложив немалые усилия, она все же заставила их распахнуться.
И уставиться в серую стену. С цветочками, а может, другими узорами… Бетон действительно стал привлекательней? Или в камере поклеили обои?
Увидела окно, немного в стороне – сквозь него и сочился слепящий свет…
В то время как голове было очень мягко….
Брина уткнулась в мягкость носом и поняла: дышала в подушку. В чистую подушку, ласкающую щеку, тогда как сверху была накрыта до безобразия теплым одеялом.
Мысли стали проясняться: Лисандр наконец ее пожалел?
Обычно после долгих, тяжких пробуждений, она не ощущала ничего иного, кроме жесткости и дикой боли: жесткости кушетки и боли во всем теле. А сейчас…
Брина попыталась вспомнить, восстановить в сознании период своего последнего, «не размытого» бодрствования. Что она делала? Конечно, лежала, но о чем размышляла? На что убивала бесценные мгновения, предшествующие новой схватке? Предшествующие Их приходу?
А они неизменно приходили, сжимали тело в тисках своих рук и вливали в горло отвратную жидкость. Они приходили, и, заставляя уснуть, вводили в тело какую-то дрянь: снова и снова, раз за разом, поскольку Брина не выдерживала напряжения и….
Сопротивление оставалось единственным, пускай сомнительным источником силы, тогда как крики – возможностью быть услышанной.
Но пробуждений становилось все меньше, реальность – все более расплывчатой, и в один из таких моментов она поняла, что не имела ближайших воспоминаний, как ее кормили ублюдки-догмары. Ведь для того они и приходили.
В один из дней к ней пришел Лисандр. Снова пришел…или не пришел, ей только показалось. Но будь то в сновидениях или наяву, Брина кричала на него… точно кричала, бесновалась и гнала его прочь…
Неужели сжалился? Внезапно вспомнил о родственных чувствах и решил отпустить на свободу?
Только поздно: Брина не сможет его простить. Не такие унижения и муки…
Должно быть, Брина провалилась в сон, поскольку очнулась от тихих звуков.
За спиной ощущалось движение: осторожное и…«потаенное». По-видимому, подобная таинственность мерещилась из-за опустившихся за стеклами сумерек.
Стук, шорох, шаги. Казалось, открывались и закрывались ящики…
За спиной у нее ходил человек, что более вероятно – догмар.
Брину живо бросило в жар. Она без того ощущала дискомфорт – горели щеки, кружилась голова. Однако стоило вспомнить о сородичах, как перед взором возникали те, что приходили к ней в камеру с иглами.
Казалось, сердце выбьется наружу, тогда как «человек», что крутился за ней, зашагал в направлении окна.