Битва за Лукоморье. Книга II [сборник litres]

Говорил Евсеевич так горячо и так искренне, с такой страстью, что Алеша не то чтоб поверил… Задумался, а вдруг перемудрил он со своими догадками? От Дознавателя правды и впрямь не скроешь, а кривду они распознают мигом – лихой человек новостям о скором суде не обрадовался бы. А Бурбело разве что не пляшет.

Судя по слегка растерянному лицу Несмеяны, у нее возникли те же сомнения. Воевода вновь уселась на бревно, заслонив от Алеши пристань широкими плечами.

– Помощники же у тебя есть? Отрядишь кого-нибудь корабли вести да за сплавом приглядывать, – произнесла она и впервые за весь разговор посмотрела на Алешу, будто спрашивая одобрения, но китежанин пребывал в той же растерянности.

Зато Чилига тут же радостно закивал:

– Будь по-твоему! Главное – дело сделать, верно, Охотник?

Не скажи он этого, Алеша промолчал бы.

– Верно, – незаметно отставив ногу, он задал прибереженный до времени вопрос: – Скажи-ка, а дела свои с трактирщиком Гордеем ты все сделал?

Купец непонимающе захлопал глазами.

– Ты о чем это, помилуй?

– Ты нам с воеводой сегодня сказал, что к трактирщику заезжал. Мол, он тебе заказ делал, а ты ему товар привез. Так?

– Так, – озадаченность на лице Чилиги читалась явно, глаза забегали, но при чем тут корчмарь, прохиндей взять в толк не мог.

– Тогда объясни-ка мне, – раздельно произнес Алеша, – отчего Гордей Нилыч, всеми уважаемый человек, утверждает, что тебя аж два года не видел? Ужель врет?

Купец вскинул обе руки вверх, схватился за голову.

– Путаница тут какая-то выходит, – затараторил он. – Не пойму я, к чему ты ведешь, на что намекаешь…

– Так я поясню, – улыбнулся Алеша, все так же незаметно отводя в сторону левую полу плаща. – Там же, у воеводы в горнице, ты сказал, что про разбойников от Гордея услышал. Если же ты к нему не заезжал – кто тебе про нападение сказал? Уж не дружок ли твой в зеленом кафтане, золотом шитом?

Купец снова заморгал, замер. Замерла и Несмеяна, пристально вглядываясь в окаменевшее лицо Чилиги и ожидая объяснений. Но ответить Бурбело не успел.

Раскатистое, полное звериного бешенства рычание вздернуло китежанина на ноги. Кто сейчас выскочит со стороны берега, Алеша понял, еще не видя противника и не слыша отчаянного беззвучного крика Буланыша.

«Зверь! Пахнет зверем!»

Люди Чилиги озираются и крича бросаются в разные стороны, испуганно ржут тригорские кони, а из-за сгрудившихся шалашей выныривает рослая темная фигура и в свете костра предстает во всей красе. Так и есть – волколак, серо-седой, одноглазый и какой здоровенный! Ростом никак не ниже давешнего чудина, а грудь и плечи – и поболе будут. Доспеха нет, как и почти обязательной для этих тварей маски, только широкий боевой пояс – наспех собирался, что ли? Да какая разница, клыки все равно при нем, как и короткие толстые когти на мощных лапах.