Однажды, в галактике Альдазар

Он мог бы их спасти. Или, как минимум, попытаться. Будь у них речевой алгоритм, то появился бы и шанс. Моллюски действительно умны, хотя и подвержены инстинктам. Они остановятся, если всё сделать правильно.

Но тут уже одно из двух: или бежать, или спасать. Третьего не дано.

Было раньше замечательное времечко, когда Ал-44 сделал бы очевидный выбор без размышлений и моральных терзаний. Для Алексея Боброва, к сожалению, всё давно уже стало немного (намного) сложнее.

Людям вообще сложно. Особенно когда без приказа. Местами вообще непонятно — как с этим жить, а? Вот сейчас, например, самое логичное, что можно сделать — таки свалить. Не его вина, что во главе этой конкретной группы контактеров стоит папочкин сыночек, у которого вместо мозгов кисель.

“Да, только вот остальные члены группы тоже в этом не виноваты, — напомнил мерзким тоном внутренний голос. — А ведь ты помнишь и сам, каково это — на незнакомой планете умирать ради тупого начальства. Сталкивался! И Эйм здесь явно из-за тебя…”

Лёха сжал зубы.

В буднях косморазведчика действительно случались разные эпизоды. Обычно с начальством им везло, но ключевое слово тут таки — обычно. Так что ему не раз и не два случалось пожинать плоды начальственного идиотизма. И хоронить его жертв.

Эти горе-контактеры, конечно, не были косморазведчиками в привычном ему понимании. Они прилетели на всё готовое, заселились в уже построенную базу и даже заранее заручились условным одобрением местного разумного моллюсконаселения. Да, не всего, да, в самых простых символах, дальше которых они не продвинулись. Но, по крайней мере, у ребят было с чем работать, не то что у разведки первой волны или передовых инженеров-робототехников. Но… прямо скажем, и контактерам этим до бывших Лёхиных коллег было, как до соседней галактики. Охрана минимальная, ни одного опытного косморазведчика в штате, робототехник — вчерашний выпускник. А чему тут удивляться? Косморазведывательные структуры традиционно смежны с силовыми и в случае военного положения переходят под армейскую юрисдикцию. Потому после без малого десяти лет противостояния с альдами все годные спецы или мертвы, или отходят после веселья, или заняты на направлениях более серьёзных. Тут же планета средней перспективности, причём ценность скорее научно-торговая, чем стратегически-сырьевая. Соответственно, командировали сюда с учёными ребятушек или совсем уж зелёных, или таких, кого не жалко.

Лёха застыл у аварийного выхода. Метеостанция располагалась выше основного корпуса, потому ему было очень хорошо видно всё. В том числе панику на взлётной площадке, Борю, без сознания валяющегося на дорожке, и подбирающегося к нему моллюска.

Борины коллеги, похоже, спасать своё сокровище не спешили.

Лёха мрачно на это всё посмотрел. Не его проблема, правда? Парнишка сам виноват. Он ведь дурак.

Малолетний.

Ровесник Лёхиных, которые местами такие же, дураки. И не виноваты, что в папаши им достался чокнутый модификант. А вот Боре достался папаша-учёный, который в своей заботе о дитятке потерял берега…