Библиотека литературы Древней Руси. Том 10 (XVI век)
- Автор: Коллектив авторов
- Серия: Библиотека литературы Древней Руси #10
- Год: 2000
- Язык: русский
- Жанр: Древнерусская литература
Электронная книга - «Библиотека литературы Древней Руси. Том 10 (XVI век)». Краткое содержание книги:
Тогда бысть плачь и рыдание неутешно во всех людех. Данил жо митрополитъ и бояре унимаху людей и от плача, но не слышати бе во мноземъ кричании, что другъ ко другу глаголаху. Еще же бе великая княгини тогда не ведала преставления великого князя, бояря же унимаху людей от плача того ради, чтоб не слышати великие княгини, ни в хоромех.
Тогда же Данил митрополитъ вземъ братию великого князя, Юрья и князь Ондрея Ивановичев, в переднюю избу, приведе их ко крестному целованию на томъ, что имъ служити великому князю Ивану Васильевичю всея Руси и его матере великой княгине Елене, а жити имъ на своих уделех, а стояти имъ в правду, на чемъ целовали крестъ великому князю Василью Ивановичю всеа Руси и крепости промежю ими с великим княземъ Васильемъ; а государьства имъ под великимъ княземъ не хотети, ни людей имъ от великого князя к собе не отзывати, а противу недругов великого князя и своих, латынства и бесерменства, стояти имъ прямо, воопчи, заодин.
И бояр, и боярских детей, и княжатъ на томъ же приведе ко крестному целованию, что имъ хотети добра великому князю Ивану Васильевичю всея Руси и его матере великой княгине Елене, и всей земли хотети имъ добра в правду, и от недругов великого князя и всея земли, от бесерменства и от латынства, стояти вопче, заодинъ, а иного государя мимо великого князя не искати.
Тогда же Данил митрополитъ з братиею великого князя и з бояры поиде к великои княгине тешити ея. Великая же княгини виде митрополита и бояр, къ собе грядущии, и бысть яко мертва, и лежа часа з два, и едва очютнися. Теша же ю митрополитъ, и братия великого князя, и бояре, и поидоша от великия княгини все.
А у великого князя остася игуменъ троицкый Иасафъ да старець его Мисайло Сукин; и начаша его нарежати, и браду его чесати, якоже подобаетъ быти по чернеческому чину, и положиша под него постелю черну тафтяну, и принесоша подъ него от Михайлова Чюда[84] одръ, и положиша тело его на одре.
И егда же преставися князь великий, тогда начаша его нарежати старцы осифовские, а великого князя стряпчих[85] отслаша. И тогда начаша у него пети заутреннюю и его дьяки крестовые с протопопомъ, и часы,[86] и каноны, и погребанию канонъ, и вся отпеша, якоже бе при живомъ. И тогда поиде к нему народ много прощатися, и боярские дети, и княжата, и гости, стряпчие погребные[87], и все людие, которые не быша у него; и бысть плачь и рыдание во всех людех велие.
Наутрия же, в четвергъ, на 1-мъ часу дни, Данил митрополит повеле звонити в болшой колокол.
Бояринъ жо его Михайло Юрьевичь, поговоря с митрополитомъ и з братьею великого князя, и з бояры, и повеле во Арханьгиле ископати гроб подле отца его, великого князя Ивана Васильевича, противу дверей Семиона Летопровотца.[88] И поговоря с митрополитомъ, Михайло Юрьевичь послаша по постельничиво Русина Иванова, сына Семенова, снемъ с него меру, и повеле ему гроб привести камен.
Тогда же приде Данил митрополитъ и с нимъ владыка Васиян Коломенский и Дософей Крутицкой, а иные же владыкы быша тогда во своих областех, понеже не поспеша; архимандриты же тогда быша: чюдовский Иона, симановский — Филофеи, андроновский — Зосима, игуменъ троицкый, игумен осифовский, игумены московские все, протопопы московские и все священницы. Тогда же пришедше братъ его, князь Юрьи и князь Андрей Ивановичи, и бояре все, и весь народ, плачюще и рыдающе горко, и повеле тогда диякомъ его любимымъ, певчимъ большой станицы,[89] стати во дверех у комнаты, и начаша пети «Святый Боже», болшую.
Тогда взяша тело великого князя, инока Варлама, старцы троецкие и осифовские, и понесоша его на головах, и вынесоша его в преднюю избу. И бысть слез и рыдания множество в людех, которые его не видеша. И понесоша его на крилцо, и за нимъ грядуща со свещами и с кандилы, поюще «Святый Боже». И какъ понесоша его на площадь, ино бысть слез и рыдания от народа, якоже и звону в колоколы не слышать, якоже земли востонати. Великую же княгиню Елену несоша ея изъ ее хоромъ в санях на собе дети боярские на лествицу, а с нею шли бояре: князь Василей Васильевичь Шуйской, Михайло Семенович Воронцов, князь Михайло Лвовичь Глинской, князь Иван Федорович Овчина; боярыня же тогда бысть с великою княгинею князя Федора Мстиславского княгиня Анастасия, племянница великого князя, да княжь Иванова Даниловича Пенково княгини Марья, да боярыня Ивана Ондреевича жена Челядина Олена, да Василия Ондреевича жена Огрофена, да Михайла Юрьевича жена Феодосия, да Василья Ивановича жена Огрофена, да княжь Васильева жена Лвовича Глинского княгини Анна.[90]
84
...от Михайлова Чюда... — т. е. из Чудовского монастыря, находившегося в Кремле.
85
Стряпчие великого князя — дворцовые служилые люди.
86
Часы — ежедневные молитвословия, распределенные по времени суток.
87
Стряпчие погребные — слуги, ведающие погребением.
88
...повеле во Арханьгиле ископати гроб подле отца его... противу дверей Семиона Летопровотца. — Строительство Архангельского собора в Кремле было завершено Алевизом Фрязиным весной 1508 г.; собор стал усыпальницей московских князей: в октябре 1508 г. в присутствии Василия III в соборе состоялось перезахоронение всех великих и удельных князей; могилы Ивана III и Василия III находятся «возле южной стены», около «дверей Семиона Летопровотца». «Летопроводец» — русское именованне византийского аскета Симеона Столпника (356—459), память которого отмечается 1 сентября — в день, когда на Руси начинался новый год — новое «лето».
89
...певчимъ большой станицы... — Станица обозначает и хор в целом, и особый разряд певчих.
90
Великую... княгиню Елену несоша... а с нею шли бояре: князь Василей Васильевичь Шуйской... княгини Анна. — В перечне траурного сопровождения Елены Глинской в НС названы лица, которые сразу же после погребения Василия III вступили в ожесточенную борьбу за власть: глава группировки Шуйских — В. В. Шуйский, «единомысленник» М. Л. Глинского М. С. Воронцов, примирившийся с Василием III перед его смертью, сам М. Л. Глинский, претендующий на значительную роль в управлении государством, и И. Ф. Овчина-Телепнев Оболенский — фаворит Елены Глинской. Боярыни, сопровождающие великую княгиню, — это или жены и вдовы крупнейших сановников Василия III, или ее прямые родственницы и доверенные лица: племянница Василия III Анастасия, дочь его сестры Евдокии и крещеного казанского царевича Петра, жена князя Ф. М. Мстиславского, которого Василий III (по гипотезе А. А. Зимина) прочил — до рождения Ивана IV — в наследники престола; жена И. Д. Пенькова княгиня Мария Пенькова — младшая сестра Елены Глинской (ум. около 1535 г.) (Иван Хомяк Данилович Пеньков — боярин Василия III с 1524 г. и лицо к нему приближенное, с первых же дней правления Елены Глинской находился среди наиболее доверенных ее лиц, ум. в 1540 г.). Елена и Аграфена Челядины — вдовы двух крупнейших сановников Василия III в начале его правления, братьев Челядиных; Аграфена — сестра боярина И. Ф. Телепнева, няня Ивана IV — оказывала большое влияние на великую княгиню; после скоропостижной смерти Елены Глинской 3 апреля 1538 г. и боярской расправы с И. Ф. Телепневым (умер в темнице через неделю после ее смерти) была насильно пострижена в монахини. Феодосия Юрьева-Захарьина — жена М. Ю. Захарьина. Анна Глинская — мать великой княгини. В разных вариантах «Повести» список лиц, сопровождавших Елену Глинскую, по-разному сокращался и неоднократно редактировался.