Библиотека литературы Древней Руси. Том 10 (XVI век)
- Автор: Коллектив авторов
- Серия: Библиотека литературы Древней Руси #10
- Год: 2000
- Язык: русский
- Жанр: Древнерусская литература
Электронная книга - «Библиотека литературы Древней Руси. Том 10 (XVI век)». Краткое содержание книги:
И отъ того часа время долго полежав. И приде к нему отець его духовный Алексей протопоп, хотя ему дары дати, он же уняв его, и рече ему: «Видиши самъ, что лежю болен, а в разуме своемъ. И егда станет душа от тела разлучатися, тогда ми и дары дай. Смотри же мя разумно и береги!»
И мало время пождав, призва к собе брата своего, князя Юрья Ивановича, и рече ему: «Помниши ли, брате, коли отца нашего, великого князя Ивана, не стало назавтрее Дмитреева дни, в понедельник, понеже бо немощь его томила день и нощь? А мне, брате, такоже смертный час, конецъ приближается».
И пождав мал час, призва отца своего Данила митрополита, и владыку коломенского Васияна, и братию свою, и бояръ всех, и рече ему: «Видите мене сами изнемогша и к концу приближшуся, а желание мое давно бысть постричися. Постригите мене!» Тогда же отець его Данил митрополитъ и бояре его, Михайло Юрьевич, похвалиши ему дело то, что добра жалает. И ста ему встречю братъ его, князь Ондрей Иванович, и Михайло Семенович Воронцов, и Шигона, глаголаху: «Князь велики Владимер Киевский умре не в черньцех, не сподоби ли ся праведного покоя? И иные великие князи не в черньцех преставилися, не с праведными ли обрели покой?» И бысть промежи ими пря велика.
Князь же велики призвав къ собе отца своего Данила митрополита, и рече ему: «Исповедах есми, отче, тобе всю свою тайну, еже желаю чернечьства; чего так ми долежати? Но сподоби мя облещися во мнишеский чин, постриги мя!» И мало пождавъ, и рече ему: «Так ли ми, господине митрополитъ, лежати?» И нача креститися и говорити: «Алиллуия, алиллуия, слава тебе, Боже!» И нача говорити, из-ыкосов[79] словеса выбирающи, а иные словеса тихо в собе глаголати. И крестящеся, рече: «Радуйся, Утроба Божественного Воплощения!» И потомъ начатъ глаголати: «Ублажаемъ тя, преподобноотче Сергие, и чтемъ святую память твою, наставниче инокомъ и собеседниче ангеломъ!»
И потомъ, конецъ его приближашеся, не нача языкомъ изглаголати, но просяще пострижения; и емлюще простыню, и начать целовати ея. И тогда рука его правая не начать подниматися, и подносяше ея боярин его Михайло Юрьевич; он же не престаше творя на лицы своемъ крестное знамение и зряще горе направо, на образ Пречистые Богородици, еже пред нимъ на престене стоитъ.
Тогда же Данил митрополитъ посла по старца Мисаила, повеле принести платье чернечское в комнату, а патрахиль[80] бе и постризание у митрополита с нимъ, а отрицание же бе еще тогда исповедал князь великий митрополиту, когда дары взял, в неделю, пред Николиным днем, и приказал митрополиту тогда: «Аще ли не дадуть мене постричи, но на мертвого мене положи платие чернеческое, бе бо издавна желание мое».
И прииде же старецъ Мисайло с платием, а князь велики приближашеся къ концу. Митрополитъ же взем патрахиль и подасть чрез великого князя игумену троецкому Иасафу. Князь же Андрей Иванович и боярин Михайло Семенович Воронцов не хотеша дати великого князя постричи. И глагола Данил митрополитъ князю Андрею: «Азъ тебя не благословляю, ни в сей век, ни в будущий, а того тебе у мене не отняти, занеже сосуд сребрян добро, а позлащен — того лучши».
Князь велики отхожаше, но спешаху стричи его: Данил митрополитъ положи на игумена на троицкого патрахиль, а самъ постриже его и положи на него переманатку и ряску, а манатии[81] не бысть, занеже бо спешачи несучи выронили; и вземъ съ собя келарь[82] троецкий Серапивон Курцов манатию, и положиша на него, и скиму ангельскую, и Евангелие на груди положиша. И стоящи же близь его Шигона. И как положили Евангелие на грудех, и виде Шигона духъ его отшедшь, аки дымецъ мал. Бе же в те поры плачь и рыдание во всех, и зелное стенание от великих людей, от простыхъ паче же, и во всей земли.
И просветися лице его аки светъ, и бысть бел, аки снег. По преставлении же его от раны духа не бысть, и исполнися храмъ той и благоухание.
Престави же ся князь велики Василей Иванович всеа Руси, во иноческомъ чину наречен бысть Варлам, в лето 7041, месяца декабря въ 3 день, сь середы на четверг, в 12 нощи, противу Варварина дни.[83]
И тоя же нощи облекоша его во всю чернеческую одежю; Данил жо митрополитъ вземъ самъ бумагу хлопчатую, и воды мало воспусти на нее, и оттре его от пояса.
79
...из-ыкосов... — Икос — род церковного песнопения.
80
Патрахиль — часть одежды священника.
81
Переманатка, ряска, манатия — части обычного иноческого облачения; скима ангельская — одежда монаха, давшего обет самого сурового отречения от мира.
82
Келарь — инок, ведающий монастырскими припасами.
83
...сь середы на четверг, в 12 нощи, противу Варварина дни. — Василий III умер в ночь со среды на четверг в 2 ч 30 мин ночи, 4 декабря (в «Варварин день»).