Разговоры Пушкина [litres]
- Автор: Моздалевский Борис Львович, Гессен Сергей Яковлевич
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8078-2
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Разговоры Пушкина [litres]». Краткое содержание книги:
Альбом С.Д. Полторацкого. РС 1887, № 10, стр. 133–134. – Ср.: И.П. Липранди. РА 1866, стр. 1451.
1822–1823 гг. Кишинев
После двухлетнего знакомства она узнала, что Пушкин – поэт, только по стихотворению: «Ha языке тебе невнятном»[89], вписанному в ее альбом уже при расставании. «Что это значит?» – спросила она у Пушкина. «Покажите это за границей любому русскому, и он вам скажет!» – отвечал Пушкин.
Анненков, I, стр. 85.
1823 г., май – июнь. Кишинев
* Незадолго до выезда его из Кишинева[90] собрались мы в одном семействе. Сымпровизировали мазурку, и Пушкин начал. Прошел один тур кругом залы, остановился и задумался. Потом быстро вынул из кармана листок почтовой бумажки, весь исписанный стихами, подбежал к лампе, зажег и передал своей даме: Passez plus loin! Voyons! mesdames [Передавайте это дальше! посмотрим!], у кого потухнет, с тем танцую, – берегитесь!»
К.И. Пр[унку]л по записи К.С. Биографическая заметка. «Общезанимательный вестник» 1857, № 11, стр. 419.
1823–1824 гг. Одесса
Пушкин носил тяжелую железную палку. Дядя спросил у него однажды: «Для чего это, Александр Сергеевич, носишь ты такую тяжелую дубину?» Пушкин отвечал: «Для того, чтоб рука была тверже; если придется стреляться, чтоб не дрогнула».
М.Н. Лонгинов со слов Н.М. Лонгинова[91]. Библ. Зап. 1859, № 18, стр. 553.
* Жил он в клубном доме, во втором этаже, сверху над магазином Марибо. Вхожу в комнату: он брился. Я к нему. «Ваше благородие, денег пожалуйте», – и начал просить. Как ругнет он меня, да как бросится он на меня с бритвой. Я бежать, давай бог ноги, чуть не зарезал. С той поры я так и бросил. Думаю себе: пропали деньги, и искать нечего, а уже больше не повезу. Только раз утром гляжу, тут же и наша биржа, Пушкин растворил окно, зовет всех, кому должен… Прихожу я. «На, вот тебе по шести рублей за каждый раз, да смотри вперед не совайся».
Одесский извозчик по записи К.П. Зеленецкого[92] (1840). П.И. Бартенев. К биографии А.С. Пушкина, II, 1885, стр. 96.
* Однажды в Одессе Пушкин был зван на какой-то вечер, пришел рано, осмотрелся – никого, дернул плечами и сказал: «Одна Анка[93] рыжая, да и ту ненавижу я».
Сергей Волконский. О декабристах, 1922, стр. 110.
1824 г.
[Пушкин] завел было журнал, но потом как-то я спросил его о нем уже в Одессе, он отвечал мне: «Скучно; бросил, кое-что есть, а сам не знаю что».
И.П. Липранди. РА 1866, стр. 1261.
Одесса
…Раз, подходя с улицы к моему отпертому окну… [Пушкин] сказал: «Не правда ли, cousin, что твои родители запретили тебе подружиться со мною?» Я ему признался в этом, и с тех пор он перестал навещать меня. В другой раз он при встрече со мной сказал: «Мой Онегин – это ты, cousin».
Гр. М.Д. Бутурлин. Записки. РА 1897, II, стр. 15.
Февраль, первая половина. Одесса
[на обеде у Воронцова[94]]
Вставши из-за стола, мы с ним столкнулись, когда он отыскивал, между многими, свою шляпу, и на вопрос мой: «Куда?» – «Отдохнуть!» – отвечал он мне, присовокупив:
– Это не обеды Бологовского[95], Орлова и даже… – не окончил [и] вышел…
И.П. Липранди. РА 1866, стр. 1470–1471.
В восемь часов возвратился домой и, проходя мимо номера Пушкина, зашел к нему. Я застал его в самом веселом расположении духа, без сюртука, сидящим на коленях у мавра Али… Мой приход не переменил их положения; Пушкин мне рекомендовал его, присовокупив, что – «у меня лежит к нему душа: кто знает, может быть, мой дед с его предком были близкой родней»[96].
И.П. Липранди. РА 1866, стр. 1471.
Май
* Пушкин, как известно, был послан Воронцовым уничтожать саранчу[97]. Видя бесплодную борьбу с этим бичом, Пушкин созвал крестьян и повел такую речь:
– А знаете ли вы, что такое саранча?
Мужички помялись, посмотрели друг на друга, почесали, как водится, затылки, и наконец один молвил:
– Наказанье Божье, ваше высокородие.
– А можно бороться с Божьим наказанием? – спрашивает А.С.
– Вестимо, нельзя, ваше благородие.
– Ну так ступайте домой.
И больше их не требовал.
П.П. Ларий. Из воспоминаний о Пушкине. РА 1839, III, стр. 405.
89
«Иностранке» (иначе: «В альбом»). Первоначальные очерки были написаны в 1821–1822 гг. в Кишиневе, окончательные – в 1824 г. в Одессе. К кому обращено это стихотворение, остается невыясненным.
90
Пушкин выехал из Кишинева в Одессу в конце мая 1823 г.; в начале июня вернулся туда снова и менее чем через месяц совсем покинул Кишинев. Сообщение это столько же сомнительно, как и все сообщения К.И. Прункула.
91
Лонгинов Никанор Михайлович дядя известного библиографа, служивший тогда при новороссийском наместнике. Пушкин был довольно близко с ним знаком и, еще будучи в Кишиневе, дважды письменно запрашивал его об Одессе; однако письма эти не сохранились.
92
Зеленецкий Константин Петрович (1812–1858) – профессор Ришельевского лицея.
93
Бороздина Анна Михайловна (1819–1883) – дочь генерал-лейтенанта, вышедшая в 1839 г. замуж за Н.Н. Раевского-младшего.
94
В первых числах июня 1823 г. Пушкин переведен был на службу в распоряжение гр. Михаила Семеновича Воронцова (1782–1856), незадолго перед тем, 7 мая 1823 г., назначенного новороссийским генерал-губернатором и полномочным наместником Бессарабской области 22 мая 1824 г. С Воронцовым у Пушкина отношения установились неприязненные, чему сильно способствовало увлечение Пушкина женою Воронцова.
95
Бологовский Дмитрий Николаевич (1775–1852) – кишиневский приятель Пушкина, в свое время замешанный в убийстве Павла I и потом в деле Сперанского; в бытность Пушкина в Кишиневе он был бригадным командиром в 16-й пехотной дивизии, которой командовал М.Ф. Орлов.
96
В другом месте своих записок Липранди, рассказывая о мрачном настроении Пушкина перед высылкой из Одессы, добавляет, что «та веселость, которая одушевляла его в Кишиневе, проявлялась только тогда, когда он был с мавром Али» (которым Пушкин потешался, как забавным типом). – РА 1866, стр. 1477–1478.
97
Воронцов, по разным причинам недовольный Пушкиным, командировал его в Херсонский, Елисаветградский и Александровский уезды для наблюдения за ходом истребления саранчи. «Ничего не могло быть для него унизительнее», – замечал по этому поводу Ф.Ф. Вигель (Записки, VI, стр. 172). – См. также об этом черновые письма Пушкина к А.И. Казначееву от 22 и 25 мая.