Противоречивая справедливость

К.К.Рокоссовский, не согласился с Г.К.Жуковым и обратился к начальнику Генштаба Б.М.Шапошникову с обоснованием своего решения. В ответ получил телеграмму с разрешением его исполнения. Но тут же последовала грозная телеграмма от Жукова: «Войсками фронта командуя я! Приказ об отводе войск за Истринское водохранилище отменяю, приказываю обороняться на занимаемом рубеже и ни шагу назад не отступать».

Что поделаешь – приказ есть приказ, и мы ему подчинились, – вспоминает дальше К.К.Рокоссовский. – В результате же произошли неприятности. Как мы предвидели, противник, продолжая теснить наши части на левом крыле, отбросил их на восток, форсировал с ходу Истру и захватил на ее восточном берегу плацдармы. Южнее же Волжского водохранилища он прорвал оборону на участке 30-й армии и стал быстро продвигаться танковыми и моторизованными соединениями, расширяя прорыв… Одновременно был нанесен удар из района Теряевой Свободы, и танки с пехотой двинулись к Солнечногорску, обходя Истринское водохранилище с севера. На клинском и солнечногорском направлениях создалась весьма тяжелая обстановка. Немецко-фашистское командование добилось большого превосходства над нашими силами. (Там же, с. 83–85).

«…Вышестоящие инстанции (имеется ввиду Г.К.Жуков – авт.) отдавали распоряжения и приказы, – резюмирует Рокоссовский, – без учета времени и состояния частей, которым надлежало исполнять приказ… В результате выходило, что приказ порой выражал лишь горячее желание, не опиравшееся на реальные возможности войск.» (Там же, с. 90).

Но, если о военных талантах Г.К.Жукова еще спорят, то, практически, общепризнанным считается наличие у него таких черт характера, как жестокость, грубость, переходящая в хамство, самодурство, крайняя несдержанность и т. д., которые Жуков проявлял в отношениях с нижестоящими (даже с командующими фронтами, когда стал заместителем ВГК). Это вызывало, порой, крайне негативное отношение к нему у подчиненных генералов. Тот же К.К.Рокоссовский писал в мемуарах, что когда в октябре 1941 г. ему нужно было во что бы то ни стало добиться усиления армии артиллерией, но для этого требовалось позвонить командующему фронтом. «Неохотно, но я вынужден был обратиться по ВЧ к командующему фронтом Г.К.Жукову. Разговор предстоял не из приятных, я заранее это предвидел. Стоически выслушал все сказанное в мой адрес. Однако удалось добиться присылки в армию к утру 26 октября двух полков 37 мм зенитных пушек… Оба полка тут же были отданы Панфилову для противотанковой обороны полосы его дивизии» (Там же, с. 70–71). Возможно, именно они помогли панфиловцам совершить свой знаменитый подвиг.